— Сэ..м? — С трудом выговорил Хиро, чувствуя слабость в теле, но не ощущая сломанных ребер.
— Ты.. — Внезапно взволновано лицо полкромки покрылось мраком и оскалившись Сэмюэль почти прорычал — Как же ты мне надоел! Ты хоть знаешь, что чуть не умер и ещё бы чуть-чуть и твоя душа бы снова…снова... — Хиро широко раскрыл глаза, почувствовав как капельки слез полудемона упали на его лицо — Раньше ты думал только обо мне, но почему теперь…— Голос полукровки не свойственно ему дрожал — Все так поменялось, ты уже не ты, но почему я все ещё… — Сжав тело юноши, продолжал говорить непонятные слова Сэм, тело которого дрожало, но отнюдь не от холода — Так желаю вернуть прошлое.
— Сэм.. — Дрожащими губами изрек Хиро впервые видя полудемона таким разбитым — Прости.. Твои страдания это же.. Моя вина, верно? — С глаз парня полились слезы — Кажется я проклят… Все.. Все, кто мне дорог или проявляет заботу ко мне умирает или страдает. Я одно сплошное проклятие!
— Это правда. — Выдал Сэм, заставив Хиро вздрогнуть и поднять взгляд на полудемона — Вот только это я проклял тебя и потому это я источник твоего проклятия. — Признался Сэмюэль, глаза которого отражали пустоту.
Будучи на пике смерти парни начали кидаться признаниями, давно терзающие их сердца, но понимая, что нельзя говорить больше, чем положено, Сэм крепко сжал кулаки вновь подняв взгляд на Хиро, так и не понявшего слов полукровки.
— Надо выбираться отсюда. Мой купол сможет согревать нас ещё пару часов, а затем мы замерзнем замертво. Есть варианты спасения? — Перевел тему полукровка и Хиро не желал его в этом останавливать, не в силах выдержать такое напряжение в столь опасный момент их жизни.
Осмотревшись, Хиро заметил различное оружие оставшееся от трупов когда-то скинувших в этот ледяной ад.
— Сэм, ты когда-нибудь слышал о скалолазах?
**Неизлечимое горе Часть 2 Конец
Жизнь заиграла новыми красками для того, кто уже и не желал её. Быть вместе с Сэмом оказалось тем, о чем Мисаки и не мог даже мечтать в своих самых счастливых снах. Они жили в небольшом домике возле реки. Спасенный ребенок, который уже стал девятнадцатилетнем юношем, выше Самюэля почти на голову, радовался каждой мелочи жизни, начиная от бабочек заканчивал закатом солнца.
Мисаки всем сердцем влюбился в полукровку, который давал ему такую доброту и заботу, которую он не чувствовал даже от родителей. Сэмюэль же ограждал их дом от все опасностей мира, никого не пуская даже на километр и чувствуя посторонних, прогонял тех куда подальше.
Несмотря на то, что Мисаки в прямом смысле заперли в лесу, не позволяя куда-либо уходить и оградив от другого мира, желтоглазый юноша вовсе это и не волновало, так как ему было достаточно и просто быть рядом с полукровки и никто больше не был нужен.
Полудемон, всегда выглядел счастливым находясь рядом с Мисаки, но так же и настороженным, и не зря.
Как говорится: от судьбы не уйдёшь, и проклятие, которое Сэмюэль наложил на них двоих, несмотря на все силы Сэмюэля, все же дало о себе знать. Мисаки заболел, сильно заболел. Сила демона могла лечить раны, но болезни нет. Нужно было лекарство, которого у полукровки, конечно же, не было.
Поняв, что другого выхода нет, ведь Мисаки с каждым днём становится все хуже, полудемон вместе с парням на спине, все же покинул их защищённый от чужих глаз дом, отправившись за лекарством.
Три дня и три ночи Сэмюэль не спал и не ел, все время пытаюсь отыскать помощи, но оказалось, от болезни, которую подхватил Мисаки, ещё не было создано лекарств.
— Так найди! — Разбив сосуды с какими-то растворами, Сэм убийственным взглядом смотрел на испуганного лекаря, который правда не знал, как помочь излечить то, что никому не известно.
— Сэ..м? — Внезапно с кровати позвал его тихий слабый голос. Полукровка не мешкая сразу отошел от стола лекаря и подошел к кровати больного сев вылез него и взяв за слабую руку — По..жалуйста, не злись… на меня..
— О чем ты? Я никогда не злюсь на тебя — Всеми силами стараясь унять дрожь в голосе, пытался держаться полудемон, у которого прям-таки наворачивались слезы на глазах.
— Если… бол..езнь победит.. Сэм будет… злиться на меня? — С трудом произносил свои слова парень и по его виду казалось, что ему не так страшна смерть, как страдания одиночества полукровки.
— Нет… Не будет — Руки полудемона затряслись, а голос дрогнул, сдавая его состояние.
— Могу.. я поп..росить желание?
— Ты можешь все.
— Тогда… я жела..ю, чтоб.. мой Сэм..несмотря ни на что… Жил… — Эти слова заставили полудемона вздрогнуть и, заглотнув накопившиеся внутри эмоции, он качнул головой в знак согласия. Больной, увидев это, улыбнулся, самой теплой улыбкой на свете, что и в первой жизни — Сэм.. я … тебя лю...
Не договорив, слабый голос парня навсегда утих, снова не успев сказать последние слово, а полукровка все ещё сидя возле кровати, больше не мог сдерживать слезы, он заревел так, как уже давно не ревел. Обняв бездыханное тело и прижав его к себе, Сэм кричал, рыдал и бился в истерике, не в силах снова выдержать расставание с дорогим человеком.