| Царство | Санскрит | Местоположение | Продолжительность жизни | Доминирующее загрязнение (клёша, klesha) | Тип |
| страдания | |||||
| Более высокие царства | |||||
| Царство богов | Дева–лока | На горе и над горой Меру | До кальпы | Гордость, заблуждение | Унылость и глупость опьянения и непрерывного удовольствия |
| Царство ревнивых богов | Асура–лока | Нижние склоны горы Меруили в окружении океанов | Ревность, паранойя | Постоянные сражения и борьба с конкурентами | |
| Человеческое царство | Нара–лока | На Джамбудвипа (Jambudvipa) | Страсть | Страдание перемен; Страдание о страдании; Страдание в создании | |
| Более низкие царства | |||||
| Животное царство | Пашу–лока | На Джамбудвипа | Заблуждение | Быть эксплуатируемым, замученным, пожираемым другими | |
| Царство голодных духов | Прета–лока | Под горой Меру, выше царств ада | Страсть, голод | Интенсивный, жадный голод, жажда; менталитет бедности | |
| Царство ада | Нарака–лока | Под царством голодных духов; Холодный ад | Горячий ад | Полное промежуточное звено кальпы | Гнев, агрессия Интенсивный, неизбежный, жгучий холод Интенсивная, неизбежная, клаустрофобная жара |
Выходя из любого из этих возвышенных состояний, медитаторы обнаруживают у себя появление все большей чувствительности к обычно невидимым проявлениям сансары и её тонким механизмам. А путь к полному просветлению проходит только через прогрессивно глубокое и более полное понимание того, что такое сансара и как она действует. Однако как среди богов, так и среди людей, испытывающих психологию царства богов, погружение в эти состояния приносит опасность. Опьянение самых богатых, известных и могущественных зачастую ведёт — если можно верить газетам — к внезапным и драматическим падениям. И медитатор может застрять, иногда на длительное время, в том или ином из состояний транса.
Воздействие четвёртого напоминания с его учением о шести царствах (таблица 10.2), понимаемых как объективные состояния или типы человеческого опыта, является двойным. Во–первых, оно показывает различные пути, которыми существа поддерживают себя. Во–вторых, оно иллюстрирует повторяющееся пагубное качество каждого царства и каждого типа психологии. Результат, к которому стремятся, — ясное представление о том, что сверху донизу подход сансары — везде плох. Он виновен в ложном рекламировании: он не создаёт и не может создавать желаемый результат, и его нужно оставить. Единственная надежда, которая есть у каждого для любого вида человеческого исполнения, — отказаться от ценностей и целей сансары и бороться за освобождение, которое даёт просветление.
Наше отношение к своей жизни и то, что мы думаем о ней, более или менее полно определяет, какой интерес мы можем иметь на духовном пути и нашу способность посвятить себя ему. Если мы воспринимаем свою жизнь как нечто само собой разумеющееся, не понимая своей смертности, игнорируя последствия своих действий и думая, что мы можем сделать себя счастливыми с помощью мирских действий, то нам действительно будет очень трудно отправиться на поиски немедленного вознаграждения и почти невозможно медитировать или следовать духовному пути. Но если мы хотим удерживать зеркало этих четырёх напоминаний и позволим себе сопоставить самих себя с фактами нашей жизни, тогда практика медитации становится наиболее естественной деятельностью в мире — фактически, единственным делом, которым надо заниматься. Именно поэтому так важны эти четыре напоминания. Именно поэтому Чагдуд Тулку говорит: «Рассмотрение этих четырёх [напоминаний] поддерживает нашу практику так же, как фундамент поддерживает здание»{Чагдуд Тулку. «Gates to Buddhist Practice». C. 43.}.
