Правда, развивать экономику – это путь обуржуазивания страны. Путь, просто опасный для дворянства, которое хотело одного: не заниматься хозяйством, но получать доход от имений, не затрачивая никакого труда. Если выращивать сахарную свеклу и строить сахарные заводы, доходы явно увеличатся… Но тогда появятся всякие неизящные, грубые купцы и могут оттеснить прилизанных дармоедов от пирога.
Дворянство хотело сохранения феодальной системы, а торговля с Британией помогала им получать доходы, не ударяя палец о палец. Естественно, континентальную блокаду ненавидели все, кто входил тогда в «хорошее общество», в ту «нацию», которую угнетал злодей Павел I и которая убила его.
Так что не была бы континентальная блокада катастрофой при наличии политической воли к экономической самостоятельности и стремлению развивать страну. Хуже всех от нее было дворянам, причем именно тем, которые владели землей и крепостными. 1–2 % всего российского населения. Эти же деятели писали друг другу порой: «Война принесла нам много вреда, а мир окончательно разорит нас… Такого условия не было ни в одном договоре от сотворения мира…»[99]
Уже весной 1807 года Александру докладывают, что в Петербурге готовится заговор типа того же, который унес жизнь Павла I. На полях депеши Александр I, все же умный и храбрый человек, написал: «Вот депеша, которую мне прислал Алопеус. Речь идет не более и не менее как о попытке отправить меня в другой мир. Ваш Александр»[100].
А новый заговор составили ближайшие к Александру царедворцы из «негласного комитета», он же «Комитет общественной славы». Молодые и полные энтузиазма друзья нового императора – Виктор Кочубей, Николай Новосильцев, Павел Строганов, Адам Чарторыйский очень огорчались: император не спешил приступить к реформам, которые они готовили. «Друзья императора» были не правы: венценосец делал очень многое – например, начал постепенное раскрепощение крестьян, введя указ о вольных хлебопашцах от 20 февраля 1803 года.
Во многом это была проверка: выяснение, насколько дворянство готово отпускать своих крепостных за выкуп вместе с землей. Практическая реализация указа шла медленно… За все время его действия «вольными хлебопашцами» стали всего 1,5 % крепостных, положения Указа легли в основу знаменитой реформы 1861 года…
Но виновен ли тут Александр? Сам он уверял, что «если бы цивилизация была более развитой, я бы прекратил крепостное право, даже если это бы мне стоило головы».
Николай I создал ни много ни мало 6 крестьянских комитетов, которые заседали большую часть его правления… Правительство хотело раскрепощения большей части своих подданных, но ограничено было… все той же удавкой, никуда от этого не денешься. Граф Нессельроде в 1843 году говорил о программе очередного Крестьянского комитета, что освобождение крестьян приведет к гибели дворянства, а сами крестьяне не станут жить лучше, но начнут все больше наглеть и все чаще бунтовать.
Тем больше чести Николаю, что он все же освободил БОЛЬШУЮ часть крепостных: их доля в населении России, по разным оценкам, сократилась с 57–58 % в 1811–1817 годах до 35–45 % в 1857–1858 годах.
Государство при Екатерине совершенно отстранилось от контроля за отношениями помещика и крепостных… теперь оно внимательно следит, чтобы права крестьян не нарушались. К концу царствования Николая I под арестом находилось около 200 помещичьих имений.
Но и сверхмедленное раскрепощение при Николае, и условия вроде бы раскрепощения 1861 года показывают: пренебречь интересами дворянства правительство не может. Никак не может, и все тут.
В начале же XIX века Александру чуть не стоила головы приостановка торговли с Британией, потому что в конце 1807 года созрел очередной заговор. Денежки – британские, как и раньше, исполнители – «молодые друзья» императора почти в полном составе, кроме Чарторыйского. Идеология: надо проводить реформы, а он не проводит!
Император раскрыл заговор, разогнал «негласный комитет» уже окончательно, а к себе приблизил Аракчеева…
Но и в войне с Наполеоном очень много неясного. Насколько вообще России нужна была эта нелепая война? Не расплачивались ли россияне своей кровью за дела большой европейской политики? Например, за подавление Англией своего старинного врага? Есть у некоторых историков и такое мнение о событиях.
Вот что известно совершенно точно – Александр Павлович вполне мог покончить с Наполеоном еще в 1806–1807 годах.
А Наполеон в 1807 году, разгромив Пруссию, не пошел в Россию потому, что хотя и выиграл несколько сражений, но вовсе не победил Россию. Он знал, что в России указом от 12 декабря 1806 года создается «временное ополчение или милиция» из дворян, купцов, мещан, казаков, государственных крестьян численностью 612 тысяч человек.
Эта армия, в два раза многочисленнее всех остальных вооруженных сил России, создана из добровольцев. Она уже собрана на сборные пункты, получает обмундирование и продовольствие, ее вооружают и обучают.
