Множество путей сходились в одной из множества точек, но во всех ключевых событиях мира каленым железом было выжженно это имя, и с ним соседствовало множество других.
Судьба… Предопределенная или нет, она довлела над всеми сущностями, смертными, над самим миром.
Селена не собиралась с нею бороться.
***
История гласит, тысячу лет назад в битве за мир столкнулись День и Ночь, Солнце и Луна, Свет и Тень. Селестия, принцесса дня, возжелала силой принудить к миру угрожающие Эквестрии армии Империи Грифонов, и своим всесжигающим пламенем она уничтожила их, оставив незаживающие ожоги, названные «Солнечной поступью». Вечное свидетельство опасной ярости, черты, которую ни один последователь Солнечной Волчицы не должен переступать в своем пути. И после, почувствовав свою силу и власть, она вознамерилась утвердить господство дня, навеки отменив ночь, и лишь вечный рассвет озарял бы земли Эквуса. Она восстала, возжелав единолично занять трон Эквестрии, свергнув свою сестру.
Наша королева, Луна, не могла такого допустить, и Лунная Волчица поддержала ее в желании сохранить баланс.
Увы, даже их совокупной мощи оказалось недостаточно, дабы поставить точку в противостоянии. Они слишком любили своих сестер, слишком ценили узы дружбы, любви, и не смогли нанести решающий удар. И потому, королева Луна возвала к силе Элементов Гармонии, отправив Селестию и Солнечную Волчицу в изгнание, дабы они не могли разрушить страну, что столь долго и упорно стремилась к Гармонии…
— Как я и говорила, история имеет тенденцию к искажению, Твайлайт, — прервала королева Луна свою ученицу.
— Но все равно, имея множество источников, можно вычислить истину, — единорожка захлопнула блокнот, в который записала основную версию произошедшего тысячу лет назад.
— Лишь ту, которую ты желаешь увидеть.
— Объективность — понятие субъективное, я помню, — Твайлайт вздохнула, вяло ковыряясь стальным пером в чернильнице. — Ну… Я ведь выполнила ваше задание? Что же все-таки произошло тысячу лет назад?
— Легенда во многом правдива, но с искажениями, — улыбнувшись, ответила Луна, отчего ее ученица совсем скуксилась. — Ладно, ладно, сжалюсь над тобой… Селестия не восставала против меня, как минимум потому, что именно она была правительницей. Я была, как говорится, на подхвате.
— Оу…
— Ох, видела бы ты, что я творила первые годы… Первые двадцать, если быть точной, — с нотками ностальгии в голосе протянула королева, полуприкрыв глаза. — Нашла бы себе другую наставницу.
— Вот уж… — Твайлайт фыркнула, дернув ушами. — Не дождетесь.
— Не сомневаюсь… Продолжая, ее буйство в землях грифонов — чистая правда, выжженные пятна «Солнечной поступи» ты лично видела, как и делала замеры. Причина так же передана в целом верно, а вот дальнейшее переврали чуть больше, чем полностью.
— Никогда не понимала смысла этой фразы, — заметила единорожка, делая пометки в своем блокноте. — Как можно что-то сделать больше, чем полностью?
— Перевыполнить?
— Оу… Эм… Это как-то болезненно-очевидно.
— Тебе не хватает умения смотреть шире, но это придет со временем, — со знанием дела сказала королева, поднимая телекинезом чашку с кофе. — Причина дальнейших действий моей сестры не в жажде власти и не в желании утвердить вечный рассвет. Моя сестра просто и банально пала жертвой божественного влияния.
— …Что?..
— Что происходит со смертным, если он в результате постоянных молитв и следования одному из путей церкви получает божественную искру?
— Он становится фанатично преданным своему пути, — мгновенно ответила Твайлайт Спаркл, после чего задумалась. — Но ведь Огнегривая Хелена является покровителем воинской доблести, а не безумной ярости.
— А это твое новое задание. Изучи, как менялись догматы дневного крыла церкви Двух Сестер за длительный — не меньше трех сотен лет — срок. А лучше копай вообще к истокам.
— А мне дадут доступ к архиву?
— У тебя же и так пропуск оформлен?
— Ну…
Луна улыбнулась и вытянула из под стола серебристую пластинку, при виде которой у Твайлайт зрачки расширились до идеально круглой формы.
— Наслаждайся, — королева передала пропуск в закрытую секцию архива в подрагивающие копыта ученицы.
— Я вас люблю, — пискнула чуть ли не вибрирующая от переизбытка эмоций фестралка.
— Я подумаю над твоим предложением.
— А? — пони однозначно не особо соображала, иначе бы тут же вступила в уже ставшую традиционной пикировку.
— Говорю, ступай, книги не ждут.
Единорожка телепортировалась, кажется, напрочь забыв, что личные покои Луны экранированы, просто и незатейливо проломив барьер на голом энтузиазме. Порадовавшись, что эфирная грива не может встать дыбом — ощущения от грубого возмущения магического поля были весьма неприятны — и усилием воли пригладив темно-синюю шерстку, королева направилась к рабочему столу.
— Она очаровательна, не правда ли? — заметила Луна, улыбнувшись стоящей в тени Селене.
— Очаровательно сильна, ты хотела сказать?
— О, ну, это в том числе. Что скажешь, что расскажешь?
— Сила Хелены растет.
