— Кхм… Так вот, Рэйнбоу Дэш, если не секрет, то почему ты не в высшей летной академии? Я не спрашиваю про гвардию, но те же «Вондерболты» такой талант бы оторвали с копытами, а потом ругались бы с «Тандерболтами» на тему рекрутов.
— Ты чет меня прямо перехваливаешь, Твай.
— Я видела десятки выступлений, не говоря уже о том, что имела дело с обеими… м-м-м, пилотажными группами по различным заданиям королевы Луны. Я знаю, о чем говорю. Но если это какая-то щекотливая или личная тема, то мы ее пропустим.
— Да не, тут эту историю все знают, — пегаска взъерошила и так растрепанную радужную гриву. — Я бросила летную школу, когда из-за меня Флаттершай заработала страх высоты и ударилась в религию. Я тогда, ну, выполнила радужный удар, из-за чего все облака на моем пути сдуло в Тартар, а Флаттершай еще и оглушило в процессе. Ее спасли бабочки, так как остальные себя спасти пытались.
— Радужный удар? Так это была ты?
— Э… Че?
— Я стала ученицей королевы Луны еще до того, как поступила в высшую школу магии, точнее, сразу после вступительных экзаменов. Всем известный факт, что для теста каждому абитуриенту предлагалось наложить любое заклинание на выбор на древнее яйцо дракона — в нем было достаточно сопротивления магии, чтобы выполнить задание могли только действительно талантливые или усердные. И когда наступил мой черед, какой-то пегас умудрился выполнить прием, который никто не видел уже полтысячелетия, отчего я перепугалась и у меня случился магический выброс.
— Это ж не тот момент, когда выясняется, что нас всех чет объединяет? — пегаска поморщилась.
— Не-а, ну, тип я видела твою звуковую радугу, но краем глаза — на ферме дел много, ты ж знаешь.
— Я в это время ограняла камни для Лунной Волчицы, так что, про твое достижение прочитала в газете.
— Чего? — Рэйнбоу Дэш круглыми глазами уставилась на белую единорожку. — Ты не говорила, что выполняешь королевские заказы!
— Не королевские, а для Лунной Волчицы, не путай, дорогуша. Она, вообще-то, мне талант раскрыть помогла, так что, небольшие личные заказы — это меньшее, что я могу сделать в ответ.
— Ни разу не видела Селену с украшениями, — задумчиво пробормотала Твайлайт Спаркл. — А вот у королевы Луны полно самых разных ювелирных изделий с камнями. Да и у меня парочка есть.
— Печенье! — провозгласил Спайк, поставив на стол большую тарелку с выпечкой. — Понятия не имею, откуда у нас печенье на месяц, но, думаю, это все та розовая земнопони. У нас вообще теперь полно всякой выпечки.
— Так, подожди, Рарити, тут что-то не сходится, — фестралка, прокручивая разговор в голове, удивленно посмотрела на белую пони. — Ты поминала свет и пламя, а не звезды.
— О, дорогуша, все просто. Я — творческая личность, дизайнер платьев и ювелир в одном лице, конечно же я буду почитать покровительницу всех творцов, — Рарити аккуратно отпила из чашки. Она вообще вела себя, словно на светском приеме, причем явно рефлекторно. — Но Лунная Волчица… Она пришла ко мне в миг, когда я отчаялась раскрыть свой талант.
— Да, Селена может…
— Это, а нормально, что ты ее по имени зовешь? — пегаска принялась катать по столу печенье, рассыпая кучу крошек. Ей однозначно было скучно.
— Ну, так вышло.
— Не-е-е, так не пойдет, колись давай!
— Тпру, сахарок, полегче, эт мож личное очень.
— Да не то, чтобы… — фестралка вздохнула, вертя в поле телекинеза печенье. — История не то, чтобы малоизвестная, просто немного смущающая.
— Так это правда?! — разом оживилась Рэйнбоу, отбросив печенье и расправив крылья. — Слухи? Ну что Лунная Волчица тебя с жеребячества отметила?
— Я не первая, знаешь ли, — фыркнула Твайлайт, ослабив маску невозмутимости. — Но да, это правда.
— И… Каково это? — Рарити осторожно пригладила гриву сгибом ноги, внимательно смотря на единорожку. Та пожала плечами.
— Она — другая. В один миг она ведет себя, словно простая смертная, может пошутить, например, а в другой она совершает нечто, что ты сразу понимаешь, она — настоящая и очень могущественная богиня. Селена редко говорит прямо, она любит намеки, загадочные монологи, но еще чаще она просто смотрит и ждет. Для нее словно не существует времени… И у нее странная память.
Фестралка глотнула чая, осмотрела притихших пони за столом.
— Ночногривая Селена может помнить то, что было, то, что будет… Но может и забыть. Она не идеальная… Когда-то она объяснила мне, что всеведение, всезнание — это удел высших существ, а она все еще облачена в плоть и кости.
О чем Твайлайт точно не хотела говорить, так это о том, когда именно Лунная Волчица все это ей рассказывала. Вряд ли даже последователи гармонии легко примут тот факт, что темно-синяя ночногривая волчица двух с половиной метров ростом периодически появлялась у нее в спальне и рассказывала притчи на ночь. Королева потом объяснила, что Селена время от времени так привечала будущих хранителей Элементов Гармонии или просто выдающихся пони и грифонов. Но даже наставница никогда не слышала о том, чтобы богиня кого-то нянчила с жеребячества.
