В погоню за эсминцами послали группу бомбардировщиков. Во время нескольких заходов им удалось бомбами повредить эсминец «Рихард Байтцен», шедшим последним. Эсминец загорелся, ведь бомба попала прямо в его машинное отделение, и этого «несчастного» ночью немцы сумели отбуксировать в Киль.
***
Командующий Северным флотом контр-адмирал Головко проводил экстренное совещание и, расстроенный, долго не мог успокоиться:
– Товарищи, я допустил стратегическую ошибку, и корю себя за то, что занятый сухопутными делами, где на приморском участке решалась судьба не только 14-ой армии, но и Северного флота, перестал уделять должного внимания морской разведке. А ведь в обоих случаях атаки на «Пассат» и «Туман» были предварены воздушной разведкой немцев. А мы проспали.
Головко вновь зашагал вдоль кабинета и продолжал:
– Мы оказались перед фактом неожиданного появления эсминцев противника у нашего побережья, тогда как должны бы заблаговременно узнать о движениях немецких эсминцев и помешать их нападению. В июле было нападение на беззащитный «Меридиан». Доложите об этом, и мы ещё раз проанализируем.
– Мы уже тогда начали проводить в море разведку, – стал докладывать начальник штаба Северного флота Кучеров, – и в районе Иоканки были замечены самолётами-разведчиками те же немецкие эсминцы, но в сильном тумане они скрылись. В то время, 24 июля, пароход «Меридиан» был в районе Семи Островов, и шёл вдоль побережья от маяка к маяку. Взяв на борт женщин и детей, он направлялся в Архангельск. Радиограммой командиру «Меридиана» было приказано укрыться в бухте Восточная Лица. Но он промедлил и не успел выполнить приказ, и при входе в бухту четыре эсминца настигли его и расстреляли. Затем немцы с эсминцев стали истреблять людей, спасающихся среди обломков на воде. При этом 46 человек погибло, спасти удалось только 17 человек. А немецкие эсминцы обстреляли посёлок Захребетное и удалились. Мы приняли меры, и бомбардировщики, высланные нами, нашли эти эсминцы и один из них подбили. Он, окутанный дымом, остановился, а остальные эсминцы быстро скрылись. Вскоре над подбитым эсминцем появились «мессершмитты», которые завязали воздушный бой с нашими бомбардировщиками. В итоге этого боя мы потеряли два самолёта.
– Вот видите, – посетовал Головко, – здесь и анализировать не нужно – была слабая разведка, и были посланы бомбардировщики без прикрытия истребителей. Я ведь тогда приказал послать подводные лодки и добить эсминец торпедами, но тот сам затонул. А если бы знать заранее о появлении немецких эсминцев, то можно было бы одним массированным ударом покончить с ними.
– Нам бы усилить конвои, – заметил кто-то из офицеров.
Головко походил, походил по кабинету и с горечью сказал:
– Конечно, нам не хватает современных военных кораблей для сопровождения транспортов. Ставка обещала помочь, так что ждём!
Глава 10. Таран
5 декабря 1941 года в Баренцевом море произошёл необычный случай. В то время, бывший рыболовецкий траулер, сторожевой корабль СКР-25 «Бриз», вооружённый двумя пушками и пулемётом, выполнял дозор на линии «мыс Канин нос–Святой Нос». В его задачи входило патрулирование морских путей, по которым транспортные суда доставляли грузы в Мурманск.
Море было спокойное. Тёмное беззвёздное небо нависло над сторожевиком, и вдруг выглянула луна, и на её лунной дорожке появилось длинное чёрное пятно.
Вахтенный краснофлотец Потапов, стоящий у кормового орудия, доложил:
– Вижу по курсу длинное пятно!
– Тревога! – сразу объявил вахтенный офицер Садиков и вызвал на капитанский мостик командира старшего лейтенанта Киреева, который сразу приказал:
– Световым сигналом запросить пароль.
Но ответа не последовало, и Киреев крикнул:
– Кормовое орудие! Огонь!
Прогремел выстрел, вспышка которого высветила немецкую субмарину, и Киреев отчётливо прочитал на её боевой рубке U-578.
– Право руля, и полный, самый полный вперёд! – приказал он и прокричал. – Не уйдёшь, зараза! Иду на таран!
Субмарина стала уклоняться от неожиданной атаки, но погрузиться в море не успела. Ещё мгновение, и сторожевик протаранил рубку субмарины. Раздался треск, шипение, и вражеская подлодка получила сильный крен. А наводчик кормового орудия закричал:
– Слышите шипение? Пошли пузыри из пробоины.
– Потопла!
После таранного удара командир сторожевика Киреев приказал:
– Полный назад!
И матросы, выбежавшие на палубу, увидели, как «Бриз» вырвал форштевень из корпуса вражеской субмарины, которая перевернулась кверху килем и скрылась в море.
«Эх, сейчас бы серию глубинных бомб», – подумал Киреев, и велел радисту:
– Передай координаты потопленной немецкой подлодки U-578, и вызови «аварийку».
Затем он развернул сторожевик и приказал поставить буй на месте тарана. Сделав победный круг, Киреев приказал:
– Взять курс «Канин Нос-Святой Нос». Полный вперёд!
Через два дня на место установки буя прибыли аварийные катера и, прощупав, подтвердили затопление немецкой субмарины.
– Так будет с каждой немецкой «гадиной», – восхищаясь, кричали моряки, – и будет до тех пор, пока не останется ни одной!
Глава 11. Учёба
Ах, война, что ты сделала, подлая?
