Да, это был его дом. Дом, в котором он вырос, место, в котором он когда-то был счастлив. Место, которое с детства казалось самым безопасным на земле. Он обожал эти места, этот дом, этот воздух. Эрик знал, что вырастет и состарится здесь. И возможно даже умрет здесь. Его похоронят на фамильном кладбище возле небольшой часовни, которая находилась в миле от Бедфорд-мэнора. Там, где покоились все его предки.
Это место действительно было особенным.
До тех пор, пока три месяца назад не произошло то, что навсегда перечеркнуло его жизнь.
Открыв глаза, Эрик взглянул на разбитый фонтан. Единственное напоминание о том, что произошло. Он боялся посмотреть туда, потому что знал, что жуткие воспоминания непременно овладеют им. Заставят его содрогнуться от ужаса. Но единственное, что он вспомнил, это то, как там стояла Клэр. В умопомрачительном наряде, который тогда еще прикрывала накидка, и призналась в том, что знает и о его секрете… Господи, откуда она взяла это платье? Платье, в котором она была так божественно хороша, что он не мог думать ни о чем, кроме нее.
И он действительно не мог думать ни о чем, кроме нее. Даже когда прогуливался по дому. Невероятно, но ей удалось сделать то, что не мог бы сделать никто другой. Каждой своей улыбкой, голосом и многочисленными вопросами, жестом головы и покачиванием бедер она заменила собой почти все те воспоминания, которые могли бы свести его с ума.
Эрик был вынужден признать, что она смыла с его души даже воспоминания о прошлом, заменив их счастливыми мгновениями из детства и собой. Только благодаря ей он смог остаться, мог теперь сидеть на ступенях широкой лестницы и смотреть на распростертую перед ним округу, не боясь ничего.
Клэр, его жена, его защита, сила и вековая слабость. Удивительная девушка с удивительным сердцем, которое никогда не принадлежало ему. Он должен был вернуть её. Еще и потому, что не оставил себе никакого шанса. Его письмо наверняка уже дошло. И Клэр уже ждали, должны были ждать… Эрик на мгновение замер, представив, что она скажет, когда узнает о его письме. Обрадуется? Поблагодарит за то, что он сделал?
Покачав головой, Эрик быстро открыл глаза, отгоняя от себя тяжелые мысли, которые не должен был подпускать к себе в такой памятный для себя день, когда он все же решился показать ей свой свадебный подарок… Который она приняла так, будто ничего дороже этого в жизни не получала.
Месяц с их первого танца. Удивительно, но она помнила и об этом. Потрясающий день, когда он, наконец, увидел ее во всей красе. Увидел такую сияющую и прелестную, что уже никогда не смог бы забыть.
Эрик внезапно замер, когда позади раздались шаги. Резко обернувшись, он увидел залитую лунным светом Клэр, стоявшую на широкой площадке перед раскрытыми дубовыми дверями. На ней было всё то же умопомрачительное длинное платье, которое легкое дуновение ветра заставило прилипнуть к стройному телу, словно вторая кожа, обрисовав плавные изгибы. Золотистые волосы, собранные на макушке, походили на мерцание расплавленного серебра под светом луны, а бледная кожа изящной шеи, округлых плеч, нежных изгибов рук и ничем не прикрытой волнующей ложбинки стала почти прозрачной.
У него перехватило дыхание от этого неповторимого зрелища. Боже, в свете луны и звезд она казалась почти нереальной, такой ослепительной и притягательной, что он не мог пошевелиться, будто сраженный молнией!
Сжимая руки перед собой и глядя Эрику прямо в глаза, Клэр двинулась к нему. Пройдя мимо больших ваз с сочно-зеленым папоротниками, которые в порыве ветра будто бы тянулись к ней, желая коснуться ее, она начала спускаться по лестнице, шагая с такой едва уловимой грацией, как будто плыла по воздуху. Приближаясь, она улыбнулась и, остановившись на его ступеньке посреди лестницы, тихо сказала:
— Ты здесь.
Это был не вопрос, но Эрик был так сильно потрясен ее внезапным появлением, что не мог собраться с мыслями.
— Клэр? — Он с трудом восстановил сбитое дыхание. — Что ты здесь делаешь? Почему не спишь?
Улыбка ее стала шире.
— Не могла уснуть. — В голосе ее не было ни капли сожаления. Подняв голову, она окинула округу пристальным изучающим взглядом, словно старалась не упустить ни одну важную деталь, а потом вздохнула и обхватила себя руками. — Боже, как здесь красиво!
Эрик не мог оторвать от нее свой взгляд.
— Действительно, теперь здесь невероятно красиво… — пробормотал он глухо.
Клэр вновь посмотрела на него. Но уже не улыбалась.
— Можно мне присесть рядом?
Как бы ему не было страшно находиться так близко к ней, он не смог возразить.
— Конечно.
Опустившись рядом так, что почти прижалась к нему своим бедром, но сделала вид, будто не замечает этого, Клэр вновь посмотрела вдаль.
Безмолвная тишина почти окутала их бархатным одеялом, объединив тогда, когда Эрик искренне верил в то, что их ничто не могло уже объединить.
