Несколько световых лет полностью

Реконструкция вездехода продвигалась быстро. При всем своем напускном невежестве Дэш молниеносно производил расчеты, что к концу занятия казалось Аррану даже более привлекательным, чем его ямочки на щеках.

Добавив турбовентиляторы и магниты, они протестировали вездеход на трех типах поверхности. Сработало идеально.

Дэш хлопнул Аррана по плечу:

– Ты гений, 223!

Арран залился краской.

– Да ладно тебе.

– Ты что, стесняешься? – Дэш не поддразнивал его – он скорее недоумевал. Но Арран от этого еще больше покраснел. Он и не подозревал, что можно смущаться от собственного смущения.

– Слушай, тут скромность тебе не поможет. Придется свыкнуться с тем, что ты гений.

Понд подошел, чтобы оценить результат их работы.

– Очень неплохо, – кивнул он, поглядывая на часы. – Ну что ж, на этом все, – громко произнес он. – Если вы не успели закончить, договоритесь с вашим партнером о дополнительной встрече перед следующим занятием.

Тут Арран пожалел, что они с Дэшем управились так быстро и у них нет повода встретиться еще раз. А может, повод и не нужен? Вдруг Дэш и сам предложит встретиться, просто весело провести время? В животе у Аррана порхали бабочки, он все думал, как бы дать понять, в каком он восторге, но при этом не выдать волнения.

– Молодчина, 223, – сказал Дэш, когда Понд отпустил их, и они направлялись к выходу. – Еще увидимся!

– Да… – выдавил из себя Арран, стараясь не показывать разочарования. – Конечно, увидимся.

Он заставил себя улыбнуться, хотя казалось, грудь ему размозжили тупым ледорубом.

Пройдя несколько шагов, Дэш остановился и обернулся:

– Хочешь, поужинаем вместе?

– Конечно! – ответ слетел с его губ, прежде чем он успел изобразить безразличие.

– Отлично. – Дэш улыбнулся, и по телу Аррана пробежали мурашки. – Увидимся позже.

Проводив Дэша взглядом, Арран наконец выдохнул и улыбнулся.

«Зафиксировано учащенное сердцебиение. Рекомендуется…»

Арран закрыл глаза и расхохотался:

– Отбой.

– Что происходит?

Обернувшись, Арран заметил Сулу, которая с тревогой наблюдала за ним.

– Ничего. Я в порядке. Мой датчик опять капризничает.

Она огляделась по сторонам, затем заговорила вполголоса:

– Ты знаешь, кто это был? Парень, с которым ты работал в паре?

– Ага, это Дэш, с шаттла. Он намного лучше других тридианцев, правда?

В действительности очень немногие выходцы с Три открыто выражали свою неприязнь к переселенцам, которые, впрочем, отвечали им тем же.

Нахмурившись, Сула вытащила его в холл и подождала, пока мимо пройдет группа смеющихся девушек.

– Верно. Это Дэш Мускатин.

– И что?

Сула уставилась на него в недоумении.

– Его отец – Ларц Мускатин.

– Неправда, – тотчас парировал Арран, – Мускатин – типичная фамилия на Три. Он не может быть отцом Дэша.

– Поверь мне. Это он. Человек, который выступает за отмену новой политики и хочет закрыть академию для переселенцев.

Ощущение теплоты в груди Аррана сменилось ледяным холодом, пронизывавшим все его тело.

– Но… этого не может быть…

– Я не сообразила тогда, на космодроме, но потом не раз слышала, как о нем говорили, в том числе некоторые преподаватели.

– Но он кажется таким дружелюбным, – нерешительно произнес Арран. Его мозг отказывался воспринимать эту информацию, он не мог собраться с мыслями.

– Вспомни, какой у него отец. Его вечно показывают в новостях. Никогда не повышает голоса. Всегда улыбается. Кажется таким обаятельным и вежливым – можно и забыть, что он называет нас преступниками и паразитами.

Должно быть, это какая-то ошибка. Дэш флиртовал с ним. Пригласил поужинать вместе. Зачем, во имя Антаров, ему это делать, если он злобный фанатик?

Разве только…

Арран содрогнулся от мысли, которая закралась ему в голову. Что, если Дэш флиртовал лишь для того, чтобы потом посмеяться над ним со своими дружками? Или хуже того – чтобы рассказать отцу, что переселенцы еще тупее, чем они думали.

Он покраснел и отвернулся, чтобы Сула не заметила, как ему больно. То, что он получил самый высокий балл на вступительном экзамене, не значило ровным счетом ничего. Как и то, что его назначили техническим офицером в Академии Флота Кватра. Он оставался все тем же семнадцатилетним неудачником, который еще ни с кем не целовался. Мальчишкой, которого никто никогда не полюбит.

После того случая в медцентре Кормака часто одолевал страх, ему становилось не по себе. Рано или поздно в академии выяснят, что он никакой не Рекс, и схватят его. Нужно убираться отсюда. Но как? Спрятаться на грузовом корабле? А может, и вовсе угнать корабль? Вот только наказание за это, вероятно, еще страшнее, чем за незаконное проникновение. Впрочем, он подумает об этом позже. Первая тренировка его отряда начиналась через пять минут, и ему не хотелось опаздывать, привлекая к себе еще больше внимания.