Встав из-за стола, я закрыла глаза. Немного кружилась голова, что, учитывая поздний час и пережитый стресс, было не так уж и удивительно.
– Екатерина…
– Хватит, папа.
– Не хватит. Мы с твоей матерью приняли решение. Остаемся у тебя до тех пор, пока вы с начальником не поженитесь.
– Чтооооо?
У меня чуть глаза из орбит не выпали. Слушать нотации своих родителей до того дня, который может и не наступить? Ну уж нет!
– Да. И это решение неоспоримо.
– Тогда я переезжаю… к Вике!
Мне больше некуда было идти, только если к подруге. Это было не самой лучшей идеей – портить Вике жизнь своим присутствием мне совсем не хотелось, но выбора у меня не имелось. Не выгонять же собственных предков!
– Я так и знала, что без нее не обошлось, – простонала мама. – Она мне никогда не нравилась.
– Если ты о том, что Вика присутствовала, когда мы с боссом делали ребенка, то я тебя огорчу. Ее не было. Но теперь-то уже нечего волноваться. Все самое плохое, что могло со мной случиться, случилось.
Я отправилась в прихожую, где начала обуваться. Вещи пока придется оставить на местах, заберу потом, когда родительские возмущения немного поутихнут. А может мама и папа подумают немного и поедут обратно к себе.
– Екатерина! Знай, что ты можешь вернуться в любой момент. Мы тебя не выгоняли!
– Спасибо, папа, я знаю! И выгнать меня из моей же собственной квартиры невозможно. Помните об этом!
Мстительно хлопнув входной дверью, я покинула квартиру и поехала к Вике, которая понимала меня гораздо лучше, чем мои собственные родители.
– Тише только. Вася уже спит, – зашептала подруга, когда я появилась на пороге ее дома. – А я не ложилась. Как знала, что ты приедешь.
Вика подала мне тапочки, забрала сумку и бросила ее в угол.
– Мне так неудобно, Вик. Но это только на эту ночь.
– Да ну брось ты. Идем.
Она прошла на кухню, поставила чайник, указала на место за столом и скомандовала:
– Давай, рассказывай.
И я рассказала все. Как во всем призналась родителям, как мы поехали к шефу. Как он устроил концерт, которому бы позавидовал даже Петросян. Вика слушала внимательно, только иногда не сдерживалась и фыркала от смеха.
– Значит, Богуцкий не против на тебе жениться.
– Он сказал это в шутку.
– И что? У мужиков грань между правдой и поводом поржать очень тонка. Вспомни моего Васю.
Мы помолчали. Что там вытворял Вася, я не знала, но расспрашивать у Вики не стала.
– Он кстати, о ребенке заговорил.
– Кто?
– Ну, Вася, конечно. То ли твоя история на него так подействовала, то ли не знаю что. Сегодня дважды пытались завести.
– Кого?
– Самойлова! Ребенка, конечно.
– Значит, я совсем вам помешаю. Но я только на эту ночь, клянусь!
– Да перестань ты. Если что, в ванную пойдем и там потрахаемся. Тебе покой нужнее, чем нам.
Вика приготовила чай и поставила передо мной вазочку с печеньем. Как так получилось, что неродные люди относились ко мне лучше, чем мои собственные отец и мать? Впрочем, чего я хотела от тех, кто жил по далеким от реальности книгам?
– Я спать, Вася меня утомил. – Вика поднялась и потянулась, как сытая довольная кошка. – Ложись в гостиной, завтра решим, что нам дальше делать.
Она ушла, а я еще долго сидела, пила чай и думала о своей судьбе. И о боссе, который постоянно лез в мои мысли. Его шутка о шоу и о том, что я выиграла Богуцкого в качестве приза, бередила мою душу. Но сам шеф вряд ли был серьезен в этом направлении, поэтому самым правильным было просто перестать так реагировать на сказанные боссом слова и думать только о себе и о своем будущем ребенке.
– Мы с ней снова встречались! – жарко прошептал мне на ухо Снежков во время первого брейка. – Я уверен, она тоже в меня влюблена!
Понятно, о ком он. Лизочка, нашедшая утешение в объятиях Пети.
– Если ты уверен, что у Стариковой это серьезно, я очень рада за тебя, Снежков.
– Я уверен. Иначе она бы не стала делать такое…
Что подразумевалось под словом «такое», даже спрашивать у Пети было не нужно. Видимо, Лизочка расстаралась с ним в постели так, что он поверил в ее симпатию. Но чем бы программисты ни тешились…
– А как ты? Как ребенок?
– Хорошо, – соврала я и уткнулась в бумаги, давая понять, что продолжать разговор не намерена. Хотя вряд ли Снежков был заинтересован в моих рассказах о беременности. Так и получилось. Он ушел, а я осталась наедине с собой.
Рабочий день пролетел быстро. Шефа я почти не видела, он был занят делами, и это было к лучшему. Сотрудники разошлись, а я осталась в офисе подольше. Возвращаться домой к Вике и мешать их с Васей размножению мне не хотелось. Я уткнулась в ноутбук, но на экране почти ничего не видела. Уставшие глаза слезились, очень хотелось спать.
– Самойлова. Ты-то мне и нужна.
Вздрогнув, я повернулась на голос и увидела шефа собственной персоной. Тоже задержался на работе? А я и не заметила. Небось сейчас начнутся разговоры о том, что произошло вчера.
– Я слушаю вас, Даниил Леонидович.
– Ты все еще хочешь провести то самое расследование?
Конечно, я хотела! Хотела, чтобы этот болван, то есть босс, понял, чьего ребенка я ношу. Да и самой в этом удостовериться было бы неплохо.
– Разумеется. А вы?
