Моей маленькой целью было выиграть время, хотя бы несколько секунд, и я этого достигла. Пока джип с «Нивой» замедляли ход и разворачивались, мы постарались скрыться из виду.
— Выгляни, посмотри, что там, — попросила я своего случайного попутчика.
Тот кое-как опустил боковое стекло и высунул голову.
— Никак не могут развернуться. Идущий следом поток машин не дает. Едут аж в три ряда.
Значит, еще несколько лишних секунд у нас в запасе есть.
Повезло? Пока трудно сказать.
Встречные водители отчаянно жестикулировали, глядя на мою машину, некоторые провожали «Фольксваген» недоуменными взглядами.
Мы поравнялись с трехэтажным зданием средней школы, выкрашенным в серо-красные тона, и я завернула на школьный двор.
— Что ты делаешь?! — закричал от неожиданности попутчик, все время обращавшийся ко мне только на «вы». — Это ловушка!
— Все под контролем, — невозмутимо ответила я, проехав напрямик до конца асфальтовой дорожки и оказавшись перед двумя металлическими гаражами, неизвестно кому принадлежащими. Крутанув руль, я заставила машину заехать за гаражи, и она благодаря этому стала невидима для преследователей.
Остановив машину, я заглушила двигатель.
— Здесь нас никто не будет искать. Во всяком случае, пока.
Прислушавшись, я уловила рев двигателей, удалявшихся в ту сторону, куда намеревались прорваться и мы, пока неожиданно не свернули, Очевидно, джип с «Нивой» продолжают испытывать судьбу, мчась по встречной полосе.
Теперь я смогла рассмотреть мужчину в своей машине более внимательно.
Ему было лет сорок или чуть меньше; волнистые волосы с проседью, мечтавшие об общении с расческой; слегка вдавленный широкий нос, серые глаза, узкий выбритый подбородок, красноватый цвет лица. Он, в свою очередь, изучал меня и, по-видимому, остался доволен созерцанием.
— Как я поняла, вам нужна помощь квалифицированного телохранителя? — спросила я.
— Пожалуй, да… — немного подумав, сказал человек. — В данный момент другого выхода у меня нет.
— Вам повезло, потому что я именно тот специалист, который вам необходим. Евгения Охотникова, бодигард. Хочу напомнить, услуги платные.
— Это мне понятно, и вполне устраивает, — произнес мужчина. — А что такое «боди»… Как вы сказали?
— «Боди» в переводе с английского означает «тело». Всего-навсего. Это ваше тело, а я его охраняю, то есть делаю «гард». Понятно?
— Да, конечно, — кивнул мужчина. — Я не силен в английском. Вот у меня был друг, так он знал его в совершенстве. Я сначала подумал, что…
Интересно, о чем можно было подумать, как не о… А по-моему, он просто прикидывается тюфяком: даже двоечник-школьник по английскому сейчас знает, что такое «бодигард».
— Так вы меня нанимаете?
— Да.
Люблю, когда все коротко и ясно.
— Тогда продолжим разговор. Мне нужно знать, какие у вас проблемы и чего бы вы хотели от жизни. Все подробно, насколько это возможно. Я нелюбопытная, но люблю копаться в деталях. Начнем с имени. Итак, вас зовут?
Николай Лосев родился в шестидесятом году в ничем не примечательной семье, где он был вторым ребенком. Родители — простые трудяги, каких миллионы; мать — миловидная хрупкая женщина, с живым огоньком в карих глазах — трудилась на должности инженера-сметчика, отец — крупный мужчина с солидным животиком с пудовую гирю — посвятил себя рабочей профессии маляра-штукатура.
Старший брат Андрей рос крепким мальчуганом с железными кулаками и не упускал случая влепить затрещину-другую маленькому Кольке, дабы приобщить себя к важному и нескончаемому процессу воспитания.
Вам покажется, что мне, Евгении Охотниковой, больше нечего делать, как только пересказывать чью-то биографию. Но очень скоро вы, уважаемый читатель, поймете, что я ничего не делаю зря.
Итак, продолжим.
В школу маленький Колька пошел, когда ему еще не исполнилось и семи, а в классе оказался самым маленьким по росту. Это создавало некоторые трудности, потому что каждый, кто был хотя бы на вершок выше, считал своим долгом замахнуться на крошку. Этого он почему-то боялся больше всего и в таких случаях зажмуривал глаза. Вот такой комплекс, который с годами стал развиваться, что называется, вширь и вглубь.
Несмотря на маленький рост, мальчик, как и старший брат, был крепышом.
На перекладине подтягивался столько, сколько в школе никто не мог, — двадцать четыре раза подряд.
Естественно поэтому, что он стал лучшим по физкультуре и участвовал во всех школьных соревнованиях, включая гимнастику, стрельбу из пневматической винтовки и бег на длинные дистанции.
После окончания десятилетки, имея в аттестате одни четверки и пятерки, Николай Лосев подал документы в пединститут на факультет физического воспитания, который закончил в восемьдесят первом, и стал работать в средней школе учителем — педагогический стаж Николая Лосева начал свой отсчет.
