Я была в шоке! Но не столько от того, что Дан офигел настолько чтоб фактически назвать меня своей невестой, хоть мы с ним еще… Нет, не еще. Хоть мы с ним вообще… А от того, как он это сделал. Как установил те самые границы и как поставил меня совершенно на другой уровень. На тот, на котором и должна находиться его женщина, хоть я ею и не была. А еще какую силу духа проявил вот так откровенно сказав о том, что совершил ошибку в прошлом.
- Я хотел сделать это иначе, Ален, - сказал мне Дан, - Но уж как получилось.
- Угу, - только и смогла выдавить я.
На скулах мужчины играли желваки, а льдисто-синие глаза смотрели растерянно и в то же время уверенно.
- Дети не перестают удивлять, да дорогая? - пластмассово усмехнулся Сергей, вяло жующей зеленый салат жене.
- Это точно, - скривилась она.
В этот момент включился мой телефон. Звонила Света.
- Прошу прощения, - я вышла из-за стола, а потом и из зала, мысленно благодаря девушку за этот звонок. И Боженьку тоже. Ведь что это, если не та самая божественная помощь.
- Ален, извини что звоню. Но у нас тут капец случился! - затараторила девушка, - Доставку потеряли. Там на двести тысяч, Ален!
- Чью?
- Поплавского.
Вряд ли я когда-нибудь могла представить, что пребывая в здравом уме и твердой памяти от души обрадуюсь возникновению такой ситуации.
- Я через двадцать минут приеду, - и не думая уточнять подробности, сказала я. - Ничего не делайте без меня.
Положив трубку, вернулась в зал.
- Богдан, в офисе неприятности. Мне нужно возвращаться.
-Так поехали, - он бросил на стол возле так и не начатых блюд несколько купюр, - Извините, родители, работа.
- До свидания, - растянула губы в улыбке я и, не дожидаясь ответа, зашагала к выходу.
- Что случилось-то? - нагнав меня, спросил Тарновский.
- Потеряли доставку от Поплавского. На двести тысяч. Он застрелится.
- Ну, компенсируем, - будничным тоном, словно речь шла о паре сотен, сказал Тарновский.
- Угу. И он просто скажет спасибо и забудет.
- Казним виновного. Этого ему хватит?
- Посмотрим еще. В любом случае, я сама разберусь.
- Я не сомневаюсь в этом, - хмыкнул Дан, открывая мне дверь машины. -Ты же у меня умница.
- А насчет этого даже не напоминай, -зашипела я.
- Чего именно? - довольно ухмыльнулась эта скотина.
- Как ты мог сказать родителям, что мы вместе?
- Ну ты и прыгаешь с темы на тему, - сокрушительно качнул он головой. -Так а почему ты не опровергла информацию?
- Потому, что я дар речи потеряла.
- Ну, если хочешь, то можешь позвонить моему отцу и…
- Нет уж, спасибо! Пусть лучше сам все увидит со временем,- елейным голосом пропела я. - А теперь давай поедем? Мне придется расшибиться в лепешку чтоб твоя компания не потеряла этого клиента и чем раньше я это сделаю, тем лучше.
*****
- Никогда раньше времени не паникуйте. А еще лучше вообще не паникуйте, - говорила я сотрудникам колл-центра и своим подчиненным.
Как оказалось, груз никуда не исчез. На него по ошибке наклеили неправильный трекинг и благополучно отправили в другой город. Не спрашивайте, как мне удалось все это узнать, отыскать его и умаслить Поплавского, но я это сделала. Пусть потратила весь остаток рабочего дня понедельника и половину вторника, но оно, конечно же, того стоило.
- Учитывая нашу систему безопасности, в подавляющем большинстве случаев груз никуда не исчез, а просто на каком-то этапе произошла ошибка. Поэтому, всегда сначала говорим клиенту, что уточним информацию, максимально тянем время. И ищем начиная с камер…
Я все говорила и говорила, позволив себе подольше. купаться в этом особенном чувстве триумфа, которое возникает когда решаешь какую-то архи-сложную задачу и все твое окружение смотрит на тебя с восхищением. Закончив, написала задачу сотруднику отдела бизнес-процессов дополнить соответствующий раздел новыми пунктами.
Из офиса уходила последней. Стандартной текучке плевать на форс-мажоры, она просто есть. И никуда не денется, пока не разберешься с ней. Когда шла мимо кабинета Тарновского, увидела, что дверь приоткрыта и внутри горит свет. Ускорившись, прошмыгнула мимо. Только и не хватало, чтоб заметил, что я еще здесь. Нажав кнопку лифта, стала топтаться возле, мысленно умоляю ленивую кабину ползти быстрее.
- Алена? Ты почему все еще здесь? - Тарновский подошел и стал чуть позади меня.
Каждой клеточкой кожи я чувствовала его взгляд. Он словно касался макушки, скул, губ, скользил по изгибу шеи к груди, скрытой только тонкой тканью блузки потому, что пальто я держала в руках, планируя надеть уже на улице.
- Из-за Поплавского работы скопилось много.
Приехал лифт. Мы вошли внутрь и Тарновский нажал кнопку первого этажа. Ну вот. Стой теперь и нюхай его парфюм, подло ссинергирующийся с запахом тела. Ссинергирующийся? Что? Есть вообще такое слово?
Лифт резко качнулся и остановился. Это Тарновский нажал на стоп.
- Попалась, - произнес он, плотоядно усмехаясь.
И, раньше, чем я успела хоть сообразить что ответить, прижал меня к стене и съел мои губы своими. Именно съел. Так не целуют. Так заставляют потерять голову, забирают дыхание, покоряют… Так присваивают.
