Изначально хотел расположиться на улице, чтобы была возможность курить, но Даша была слишком легко одета, прохладный морской воздух побережья не внушал доверия, поэтому пришлось отказаться.
Официант ушёл, Даша молчала, сворачивая внутренности в тугой узел.
– Я не могу, – наконец нарушила она тягостное молчание, – не могу, Ром. Очень хочу, но не могу. Леша – хороший человек. Не хочу делать ему больно. Назови это трусостью, как хочешь. Если выйду замуж, обратного пути не будет, я не смогу уйти и не вернуться. Так проще.
– Мне ты тоже отказала, – я горько усмехнулся, – a ведь меня, вроде, любила.
– Что ты сравниваешь? Это разное! – Даша вскочила с места, схватила сумку со спинки стула.
– Прости, – подорвался следом, схватил за локоть. Онa вырвалась. Глаза полны слёз. Вот-вот разревётся, – Даша, мне важно разобраться.
– Разобраться в чём, Рома? Я любила тебя! ЛЮБИЛА! Но быть вместе – это утопия! Ты и сам это прекрасно понимаешь! – не стесняясь посторнних, повысила голос.
– Я не согласен. Тогда был согласен, а сейчас – нет! Решение есть. Я тебе его предлагал, но ты отказалась! – oтветил я твёрдо.
– Да, да, конечно, это ты сейчас так говоришь, – c сарказмом бросила она, в очередной раз вырывая руку, с желанием убежать.
– Даша, я взрослый мужчина. Наверное, за эти годы я чётко понял, чего хочу, а чего нет.
– И чего хочешь ты?
– Тебя. Вернись ко мне.
Даша покачала головой, невесело рассмеялась.
– Как у тебя всё просто. Вернись... Ром, ты, когда со мной жил, тоже девочек цеплял на улице? – я офигел от вопроса. Какая чушь.
– Даша, при чём здесь это?
– Твоя жена знает, где ты? – смотрела строго, воинственно.
– При чём здесь жена и девочки? – искренне недоумевал я.
– Я просто хочу понять, Рома, ты мне так же изменял как СВОЕЙ Ане? – oна с ненавистью выделила слово "своей".
Меня передернуло. Глупость несусветная! Что на неё нашло?! Тряхнул головой.
– Даш, родная, никого у меня не было кроме тебя. Не знаю, зачем ты себя накручиваешь. Аня – это отдельная песня. Решаемая! – подчеркнул я последнее слово.
Она стрельнула глазами, блестевшие от гнева. Не успел понять, как она очутилась на улице. Бросился за ней, кинул на стол деньги.
– Вам не понравилось? Можем поменять заказ, – крикнул вдогонку официант. Ничего не ответив, несся к Даше. Она, как чемпионка по бегу, успела преодолеть приличное расстояние.
Я нагнал её, обнял.
– Не пущу. Что это ты надумала!
***
Я ненавидела Рому за это. "Пусть дальше говорит – может, разлюблю! Говорил о жене как о ненужной веще, неприятном недоразумении. Захотел – взял. Надоел – положил на место. Как с игрушкой, куклой. Как так можно? Женился, а ведёт себя как последний ублюдок! " Я не знала Аню, но подсознательно мне было её жаль, хотя сердце разрывалось от тоски, зная, что она засыпала с ним в одной кровати. Я не ведала, какие у них были отношения, но Рома вел себя как последний му…дак... Как так можно? Я не помнила, чтобы нечто подобное он делал, когда мы были вместе. А может не замечала… Мы вместе работали, вместе жили. Почти 24 часа бок о бок, но нам это не мешало. Было всякое: и ссорились, и мирились. Я попыталась припомнить, провели ли мы хоть одни выходные не вместе. Так было дважды: один раз он уехал с отцом по делам в Киев. Вернулся в субботу утром, кажется. И ещё, когда я лежала в больнице, но Рома от меня ни на шаг тогда не отходил.
Меня заполнили злость и страшная ревность. А что, если он и мне изменял, а я, как наивная дурочка, просто этого не замечала? Потрахушки можно было и не только в выходные устраивать!
Почувствовала, как сильная знакомая рука обхватила меня сзади.
– Не пущу. Что это ты надумала?! – грозно заревел он .
– Отпусти! – я начала вырываться, но не тут-то было.
– Да хватит! Что с тобой? – он сильнее прижал к себе. Его дыхание щекотало кожу на шеи.
– Рома, как ты можешь?! Ты ведь не был таким! – я уже кричала, – или просто я этого не замечала? – повернулась к нему, судорожно взглянула в глаза, пытаясь найти ответы на свои вопросы.
– Даша, я люблю тебя, – yстало повторил он, – я не знаю, что ты хочешь от меня услышать, но я, правда, никогда тебе не изменял, – oн обхватил руками моё лицо, – клянусь, – и впился в мои губы поцелуем. Сильным, болезненным. Обжигающим душу. Я не смогла отстраниться. Запах горького грейпфрута с мускатным орехом будоражил мой разум. Я понимала, что нельзя, но не могла оттолкнуть, хотя сама на поцелуй не отвечала. Сильный звонок мобильного телефона дал понять, что хватит, существует реальность. Рома посмотрел на дисплей, недовольно поморщился, но ответил.
– Да! – гаркнул он в трубку, – я была прижата к нему, поэтому услышать голос звонившего не составило большого труда. Это была женщина. Без сомнения, Аня. Дёрнулась, что есть мочи, но Рома цепко меня держал, не позволяя пошелохнуться, – ну и что? – недовольно сказал он в трубку. – Позвони и отмени, я сейчас не могу, – женщина сказала что-то ещё, – и вечером не смогу! – было слышно, как она закричала, – дура! – заорал он в ответ и отключился.
Я стояла, прижатая к нему, не смея проронить ни слова.
