– Ты прекрасно знаешь! Нет ни одной чистой рубашки. Указания домработнице отдаёшь ты, значит, ответственность лежит на тебе, – раздраженно бросил ей в лицо.
Жена отвернулась. Как будто и не к ней я сейчас обращался. В последнее время, меня и так многое выводило из себя, еще Аня вставляла палки в колеса.
– Ань, я очень тебя прошу, прекрати эту "войну". Я...
Она крутанулось на стуле, полностью развернувшись лицом. Её глаза полыхали, казалось, только поднеси к ней спичку, и она мгновенно вспыхнет.
– Вот пусть ОНА тебе стирает и гладит рубашки, – зло выпалила она.
Я cжал кулаки, чтобы притупить гнев. Умом понимал, что жена права, и она по-женски пыталась "мстить" за моё равнодушие к ней. Но в глубине души мне хотелось, чтобы Аня исчезла и не появлялась, чтобы не было постоянных ссор, вопросов где был и что делал, проверки телефона, пароль к которому она так и не смогла подобрать, отчего злилась ещё сильнее.
– Зарплату плачу ей я, а не ты, поэтому ДА, она будет гладить, стирать и делать все остальное, что входит в ее обязанности, – сделал вид, что не понял её намёка, и ударение на местоимение "она" относилось именно к домработнице.
Аня внезапно подскочила и угрожающе двинулась в мою сторону.
– Не заговаривай мне зубы, Ромочка, я прекрасно знаю, что ты завёл себе девку. Ты даже не пытаешься этого скрывать! Как ты меня достал! – и со всего маху двинула рукой в грудь.
– Аня, не драматизируй! Тоже мне страдалица нашлась! – я нахмурился и схватив ее за плечи, оттодвинул в сторону, освобождая проход.
– Ну, конечно, я огромные ветвистые рога заработала. Уже все друзья надо мной потешаются, – возмутилась жена.
– Аня, чёрт, хватит! Мне на работу надо, а ты несёшь всякую чушь, – oна отвернулась, сделала шаг в сторону, сложив руки, но передумав, бросила на меня испепеляющий взгляд и добавила:
– Твоя зазноба не согласится на роль любовницы. И сейф закрывай, когда уходишь!
Какого дьявола она шарила у меня в кабинете? Хотелось придушить её на месте. Каждый раз уговаривал себя перестать заводиться из-за Ани. У нас с самого начала сложились не слишком традиционные отношения. Вроде, её всё устраивало, но вдруг сейчас она взялась с каким-то бешенством, остервенением и пылом доказывать, что мы вроде как семья. Какая на ***рен семья, если от неё я ни разу не дождался моральной поддержки? Зато требований от неё вагон и маленькая тележка.
Звонок мобильного помог взять себя в руки. Я посмотрел на экран – Даша. Cердце бешено забилось.
Жена, не отрываясь, смотрела на телефон. Я не хотел при ней разговаривать, но не ответить не мог.
– Алло, – мягко сказал я. Хотел придать голосу невозмутимость и быстро пошел прочь.
– Ром, здравствуй... Мы можем поговорить? – неуверенно сказали на другом конце провода.
– Когда? – шел на кухню, Анины шаги раздавались за спиной.
– Когда тебе будет удобно. Можно сейчас в центральном парке сейчас, пока нет дождя.
– Холодно будет, – говорил односложно, чтобы жена не догадалась. Не потому, что хотел скрывать наши с Дашей отношения, а боялся спугнуть, сглазить.
– Я тепло оденусь, обещаю, – рассмеялась она. И от этого смеха стало так тепло и хорошо на душе.
– Минут через сорок, ладно? – Аня напряженно вслушивалась в разговор.
– Спасибо тебе, родной, – будто с высоты рухнул, с огромного обрыва. Не скупое "Рома", как обычно, а "родной". Готов был молиться на черта или на Бога, без разницы, лишь бы не прекращая слушать ласковое обращение из уст любимой женщины.
– Раньше тебе хоть не названивали, а эта совсем стыд потеряла, – с бешенством отозвалась Аня, когда я положил трубку. Жена подошла к шкафу, достала чашку, включила чайник.
– У тебя паранойя, – перебил ее, гневно сверля взглядом, – Аня, займись домашними делами, пожалуйста.
Она с яростью отбросила чайную ложку в раковину.
– Хорошо же ты устроился, Рома.
– Прости, – сделал вид, что пропустил мимо ушей ее заявление. Схватил пиджак, документы и бросил на ходу: – Не знаю, если приду ночевать, – xлопнув дверью, я вышел на лестничную клетку. Слышал, как что-то тяжелое полетело и стукнулось о входную дверь. Пусть так…
Жестоко, зато честно.
***
Больше всего меня парализовывал страх. Страх, что будет, когда мы перейдём точку невозврата. Понятно, что нас захлестывали эмоции, душевный порыв, страсть. Долгих пять лет врозь, невозможность почувствовать дыхание рядом, прикоснуться, обнять... Но спустя какое-то время эйфория пройдёт, и мы окунёмся в тяжелую реальность. Реальность, где есть желания и потребности, но нет возможности их реализации.
Мысли хаотично носилились между прошлым, настоящим и тем, что ждёт нас в будущем. В настоящем у Ромы была Аня. Хоть, я не до конца понимала их отношений, это не отменяло её присутствия в его жизни. Было ли между ними что-то за это время? Я могла в точности произвести в памяти момемнты их секса, я даже не фантазировала, просто знала каким Рома может быть и какими способами доставляет удовольствие. Пусть душевно они не были близки, но что-то их все же держало вместe, и она его законная жена. И что самое главное – она могла родить ему здорового ребёнка!