— Ну да. Правда он был немного выпивший, но все помнит досконально. Поэтому он так растерян. Бедняжка, не ожидал, что ему подарить такое удовольствие девятнадцатилетняя девушка. Я подарила ему крышесносный секс, а он даже не поблагодарил. Козел.
— Прекрати рассказывать мне в подробностях о сексе с моим братом! — пискнула я и закрыла лицо ладонями. — Я даже представить себе не могу, когда это произошло и где, — пробурчала я в свои руки.
— Два месяца назад, в его спальне. Я пришла забрать твои книги, чтобы сдать в библиотеку, а там уже само закрутилось, — поставила меня в известность Брук, будто я молила ее это сделать.
— Я не просила же! Боже.
— Тебя почему это смущает? Разница в возрасте?
— Возраст вообще не причем. Просто вы два идиота, которые грязно относятся к сексу и пользуются телом, словно это предмет для наслаждений. Обычное мясо. Я хочу лучшего и для тебя, и для него.
— Лучшего, это как у тебя? Внедрить монашечьи устои? У меня голова начинает болеть, когда ты вслух мне их проговариваешь, Элла. Я просто живу в кайф, а ты ставишь для себя барьеры. И кто же на самом деле лучше из нас живет?
Я ничего не ответила. Мы говорим на разных языках и зря я вообще начала возникать. У нее свой мир, а у меня свой. И никто не вправе менять жизненные устои другого человека. Она поймет мои слова лишь тогда, когда полюбит по-настоящему.
— Прости, Элла. Я не подумала. Ты…Я забыла о твоем опыте с мужчинами и вообще…Прости. — Начала она извиняться, заметив мое смятение.
Брук внезапно почувствовала себя виноватой. Она начала упоминать случай с ужасной попыткой изнасилования, хотя этого в моей голове на момент разговора не было. Но если ей так проще понимать меня в этом вопросе, то я ничего исправлять не стану.
— Не бери в голову. Это я виновата. Ну правда, переспали и да ладно. Я постараюсь не вспоминать об этом разговоре, когда вы будете стоять рядом.
Брук рассмеялась и обняла меня.
Следующие два часа мы с Брук провели на кухне, помогая Алисе и нашему повару, приготовить обед к приезду бабушки и папы. Туда один раз заглянул Деймон. Он прихватил свой свежевыжатый апельсиновый сок из холодильника. Пока пил его из стакана, Брук впилась в него своим жадным взглядом. Я видела ее подобный взгляд лишь тогда, когда она смотрела на любимые пончики. Есть их не могла, поскольку сидела на диете. А сейчас она точно так же смотрит на моего брата. Интересно, она еще не забыла где находится? Судя по тому, как она пристально рассматривает его всего и кусает нижнюю губу — нет, не понимает.
Деймон уходил — Брук провожала его взглядом. Она словно зомбированная. Я никогда не замечала за ней такого пристального внимания к мужчине. Даже когда Брук начала встречаться с капитаном школьной команды по бейсболу, она не смотрела на него такими горящими глазами, хотя он тот еще похититель сердец из-за своей красоты и груды мышц.
Я ткнула в нее локтем под ребра, и она быстро оживилась, снова принимаясь за резку овощей. Все же для нее этот «просто секс» превратился в нечто иное и сильное. Именно этого я и боюсь. Именно это я пыталась донести до нее.
Пока мы накрывали на стол, услышали голоса из холла. Я закатила глаза и улыбнулась. Они не могут находится вместе в одном помещении и не ругаться. Ужасно и неисправимо.
— Здравствуй, милая, — зайдя в столовую тут же обратила на меня внимание бабушка, откидывая свою сумочку на кресло.
— Здравствуй, бабушка.
Мы обнялись и поцеловались в щеку.
— Я рада, что ты приехала.
Она бросила на папу короткий испепеляющий взгляд и снова посмотрела на меня.
— Ради любимой внучки я готова терпеть общество этого человека.
Я цокнула языком и наклонила голову в сторону. Где-то я уже слышала подобное. Хотя бы я буду связующей нитью между этими недоврагами.
Я позвала Деймона и вскоре мы уже все сидели за большим обеденным столом. Я рада, что мы вот так можем собраться всей семьей даже после трагичных моментов, которые словно тень накрыли нашу крепкую семью. Брук сидела рядом со мной и тихо болтала, чтобы не мешать отцу с Деймоном обсуждать дела по работе, показывая фотографии наших одноклассников в своем мобильнике.
— Кстати говоря, я не просто так пришла, — вдруг раздался голос бабушки, и все замолчали, выжидая ее речей. — Я хочу Эллу забрать в Испанию на оставшееся лето, — отчеканила она и моя челюсть отвисла.
— Я не препятствую, — ответил папа и я резко перевела на него свой удивленный взгляд.
Он сидел во главе стола, по правую руку от меня, а напротив бабушка. На другом конце, напротив папы, сидел Деймон и молча оценивал сложившуюся ситуацию.
— Я и не спрашивала тебя, Винсент.
— Если бы я был против, Вы бы все равно должны были спросить, поскольку Элла моя дочь и Вы не можете ее забирать куда-то без моего согласия.
— Да? Как-то ты тоже не спрашивал у меня разрешения, когда вел мою дочь под венец.
— Хватит уже, — спокойно перебила я их очередную перепалку, которая имеет тот же характер, как и все предыдущие.
Эти люди вечно что-то делят. Даже несуществующее.
— Бабушка, но мне нужно готовиться к университету.
