– Думаю, надо ей позвонить и узнать, как у нее дела. – Мама встала со своего места и вдруг замерла, не сделав ни одного шага.
Я посмотрел сначала на нее, потом проследил за ее застывшим в ужасе взглядом. Жесткие очертания лица отца напугали меня, сердце потеряло свой ритм. Он медленно приближался к нам, смотря на маму презренным и угрожающим взглядом. Отец остановился напротив нее, отодвигая меня вместе со стулом в сторону. Марта замерла на месте. Кажется, что все в этой комнате перестали дышать. Так всегда происходило, когда отец приходил в таком состоянии. Меньше движений и провокаций, тогда он просто пройдет мимо. Но сегодня этот трюк не прошел.
Он внезапно бросил в лицо мамы какие-то фотографии, отчего я вскочил. Мама лишь вздрогнула, наблюдая за тем, как на пол опадают глянцевые фотографии.
– Что это за тип? – рыкнул отец.
– Марта, уведи Эдварда, – повелела мама дрожащим голосом.
Не успела Марта приблизиться ко мне, как папа ударил маму тыльной стороной ладони по лицу со всей дури, что та упала на пол.
– Дрянь и потаскуха! – взревел он.
– Не трогай маму! – закричал я не своим голосом и побежал к ней.
Но отец перехватил меня за локоть и отбросил, как ненужную вещь. На скользкой плитке я поскользнулся и упал, не контролируя свое тело. Я потерял сознание от удара головой о край стола и не знал, что произошло дальше. Знал только одно – когда пришел в себя, мамы уже не было. Этот день стал для меня самым ненавистным.
Словно ангел, спустившийся с небес…Но такому ангелу было не по силам уничтожить зло внутри отца, и оно поглотило ее, уничтожив. Ее доброта ее же и погубила. А вера в то, что она сможет исправить папу, привела ее к неминуемой и жестокой гибели.
С самого утра льет дождь. Вся природа окрасилась в серый цвет и это лишь сильнее нагнетало мое и так не похожее на хорошее расположение духа настроение. Я сидел в мрачном кабинете, пока ко мне не зашла Эльвира. Появившись, она нажала на все выключатели, что есть в моем укромном помещении, дабы свет озарил каждый угол и отогнал мрак. Потом к нам зашла Эмили и принесла моей сестре свежий кофе. Вместо тишины теперь голоса, шелест бумаг и изредка звон посуды.
Пока я сидел один в кабинете, был погружен в свои собственные мысли. Я думал, что с появлением Эльвиры отвлекусь от себя и своего внутреннего мира, но ничего не изменилось. В то время, когда сестра проверяла бумаги на строительство чего-то, а чего не знал, поскольку не посмотрел, я продолжал пальцами массировать лоб, облокотившись о стол, и пялиться на монитор компьютера. Джон сменил картинку на рабочем столе. И вместо привычного для меня черного квадрата, я рассматривал гоночную машину, которые так обожает мой друг.
– Нам предложили просто чудесный проект! – воскликнула Эльвира, собирая изученные бумаги обратно в стопку. – Детский развлекательный центр. Я считаю, стоит брать.
Я промычал, не отвлекаясь от своего «увлекательного» дела, словно отрешенный от всего остального мира и людей. Я слышал Эльвиру, но мой внутренний голос заглушал ее.
С самого утра не могу себе места найти, чувствуя внутри какую-то нелепую тревогу. За месяц накопилось слишком много всего. Повсюду я ощущал исходящую опасность. Стал словно параноиком и в каждой машине видел слежку. Я ходил по тонкому льду и рисковал провалиться под него, взяв на себя этот шаткий план по истреблению Клауса Патерсена. А что еще более важно, с каждым днем я сильнее переживаю за безопасность Эллы. Я обязан все контролировать и не оступиться.
Переживать… Это автоматически отдать душу мучительным испытаниям.
– Где Элла? – вышло из меня, и я, наконец, посмотрел на сестру.
– Я звонила ей утром, с ней все хорошо. Не сложно догадаться, где она сейчас. Элла практически переехала в клинику.
Я закивал и вздохнул.
– Что на счет проекта? – снова спросила Эльвира.
– Сможешь заняться им?
– Ну, – ее глаза забегали в растерянности. – Я могу конечно, если ты будешь давать советы.
– Ничего сложного не предстоит делать. Держи связь с заказчиком и контролируй бригаду. Заставляй делать в точности, как желает клиент, – объяснил я.
– Хорошо. – Эльвира секунду помолчала, обеспокоенно рассматривая меня. – У тебя что-то случилось? Ты никогда не взваливал на меня работу компании.
Я потер лицо ладонями и откинулся на спинку кресла, проводя рукой по затылку.
– Тебе не нужно об этом знать, – дал я грубый ответ.
– Это касается не самой лучшей стороны твоей жизни?
– Да.
Было достаточно этого короткого ответа, чтобы Эльвира больше не задавала вопросов на эту тему и перестала интересоваться мрачной стороной моей жизни. Но в данный момент, к моему удивлению, Эльвира сказала о том, о чем никогда и не пыталась.
– Если бы ты все бросил, то я была бы очень счастлива, – пробубнила она, опустив глаза, когда убирала бумаги в папку. Она произнесла эти слова настолько осторожно и тихо, что я еле смог уловить на слух произнесенную ею фразу.
Я перевел на нее слегка обескураженный взгляд. Эльвира сглотнула и поджала губы, думая, что я разозлился на нее.
