И почему-то его слова ударили меня под дых. Я понимаю, что нужна ему только чтобы убрать из игры Клауса, а выплачивать долг – это всего лишь предлог. Я позволяю ему себя использовать, чтобы достичь успеха, а потом Эдвард обо мне забудет, когда отпустит. Я закрывала на это глаза, считая, что помогаю отцу, а на деле у Эдварда на меня другие планы. Уверена, ему плевать на этот долг. Деньги его мало интересуют. Просто он хотел держать отца подле себя, сцепив его оковами долга, и ждать какого-то подходящего момента.
Мой приз внезапно изменился в это мгновение. Теперь, выполнив дело, я выплачу не долг отца, а раскрою все тайны своей семьи, о которых Эдвард осведомлен точно так же, как знать алфавит.
Я снова осела на пол, кое-что осознав, и это осознание ввело меня в ступор. Волнение пронеслось в моей груди со скоростью света.
– Вы знали о каждом шаге моего отца, – тихо проговорила я.
– Этого скрывать не стану.
– Тогда зачем этот цирк с тем, что Вы якобы думали, что я мертва?
Эдвард не был растерянным или удивленным. Его каменное выражение лица бесило меня. Мне так хотелось вывести его на эмоции, но эта миссия не выполнима.
– Не хотел, чтобы Винсент нервничал еще больше.
Да он играет лучше меня. Эмоция удивления, когда он увидел меня в кабинете отца, просто профессионально отыгранная фальшь. Я уже начинаю побаиваться этого мужчину, ведь не мыслю, что он знает обо мне, когда смотрю в его глаза и говорю с ним. Я могу врать ему, но он все равно знает правду, а вида не подаст.
Поэтому он так много знает обо мне. Про мой день рождения, про стрельбу с отцом на поле, про…да он знает обо всем! От таких людей стоит держаться подальше, но я по воле судьбы рядом с таким и даже готова ради него жизнь отдать, потому что полюбила. Я ненормальная. Просто долбаная мазохистка! И что еще более ужасает, он может такими темпами узнать и о моей любви к нему.
– Как давно Вы решили использовать меня в своих целях? – Злости не было, лишь горькая обида.
Эдвард вздохнул.
– Я до последнего сопротивлялся своим желаниям, Элла, поверь мне.
Для большей убедительности он смотрел прямо в мои глаза, когда говорил об этом, но этот человек способен обмануть, ввести в заблуждение, даже если его глаза доступны моему взору. Он мастер по скрыванию эмоций.
Будто заметив мое замешательство, Эдвард повернулся ко мне всем корпусом и взял за щеки своими ладонями.
– Элла, поверь мне. Я не хотел этого. И я тебя не использую. Ты сама решила помочь отцу и добила мое сопротивление. Если бы я использовал тебя, то не переживал бы так о тебе. – Его лицо передо мной накрыто тревогой, а глаза сияют от муки.
Я прикрыла глаза. Он говорит правду. Сейчас я так подумала и поверила ему, но если выйдет противоположное, то это меня сломает, и я разочаруюсь не только в Эдварде, но и в себе. А хуже разочарования ничего не может быть, поскольку после него остается лишь пустота, даже не ненависть. Пустота съедает душу по кусочкам и приносит страдания. Пока я считаю, что в глазах Эдварда я не просто трофей. И очень надеюсь, что я не стану для него каким-то обесцененным предметом, который стал бесполезным после выполненной миссии. Меня это не просто сломает, а раздавит.
Эдвард снял с моей головы полотенце, нежно притянул меня к себе и позволил положить голову на его бедра, чтобы я смогла расслабиться после тяжелого разговора.
Сегодня мне открылось многое, но столько же еще под непроглядным мраком, и только Эдварду под силу его разогнать, чтобы я увидела оставшиеся тайны моей жизни, моей семьи. Так и ощущаю в голове тяжесть мозга, который впитал в себя много непростой для восприятия информации. Из-за того, что я боюсь быть запутанной и довериться своей интуиции, голосу своей души, мозг продолжает анализировать и искать новые пути выхода в этой сложной цепочке. Пытается через уже известное выйти на другие тайны, но это бесполезно. Эдвард выстроил такую систему, что последовательно до конечной цели просто не добраться. Меня скорее кидает из стороны в сторону, и от этого резкого темпа я рискую сойти с ума.
Как он может жить так? Его жизнь – это полная неразбериха. Или это мне так кажется? Ведь он такой собранный. Это то, чего я так избегала, но и сама не смогла сопротивляться этой сильной воронке, которая засосала меня и поставила рядом с Эдвардом. Его мир поглотил меня.
Эдвард гладил меня по голове, перебирая мои влажные волосы, будто так хотел скорее успокоить. И у него получалось. Эти ласки от него словно редкий наркотик, поставки которого я терпеливо выжидаю. Я зачарованно смотрела на полыхающий огонь, и все это меня будто околдовывало.
Но страх никуда не подевался. Он незримой дымкой летает внутри меня и не позволяет теперь терять бдительность. Я не могу позволить, чтобы любовь к Эдварду ослепила меня, не могу стать бесхребетной инфузорией.
Интересно, а он сам боится хоть чего-нибудь?
– У Вас есть в жизни то, что Вам страшно присвоить себе, но очень хотите? – на грани шепота спросила я.
– Да, – незамедлительно ответил Эдвард ровным тоном, продолжая усыплять меня своими ласками.
