Изольда хотела лишиться чувств, но поняла, что не может даже этого – злая воля прочно удерживала ее в сознании. Даже голос и тот снова куда-то подевался.
- Не старайся! Тебя все равно никто не услышит! – произнесла вампирша. – Ах да, я же до сих пор не представилась! Лоретт Алисия Милтон… это имя говорит тебе о чем-нибудь?
У девушки душа ушла в пятки! Это имя было очень хорошо известно в Ирландии полтора века назад! И как люди ни старались вымарать его и предать забвению, оно нет-нет да проявляло себя… главным образом в разных жутких или мерзких историях!
Маркиза Милтон была идеалом дворянки – красивая, образованная, верная жена и заботливая мать. Рано овдовев, она сумела воспитать троих детей, а позже основала частную школу для девочек, в которую принимали независимо от сословий.
Вот только все это было лишь яркой ширмой, за которой скрывался подлинный ужас! Как выяснилось позже, маркиза обладала просто паталогической страстью к юным девушкам, которая быстро переросла в одержимость. Ее особняк был превращен в самую натуральную тюрьму с целым арсеналом всевозможных садистских инструментов и станков, с помощью которых дворянка удовлетворяла свои больные фантазии. Маркизе долгое время удавалось скрываться от правосудия, но, в конце концов, она совершила серьезную ошибку, «наложив руки» на нескольких младших дворянских дочерей, из-за чего делу и была дана огласка.
На суде выяснилось множество кошмарных подробностей: помимо пыток и извращенных развлечений, леди Милтон пила кровь своих жертв и купалась в ней. Обвиняемая утверждала, что является реинкарнацией Эржебет Батори[1] и ничуть не сожалеет о содеянном. Скорее всего, она пыталась выдать себя за сумасшедшую и, таким образом, избежать самого сурового наказания (в Британии того времени душевнобольных не казнили), но суд был беспощаден – маркизе показательно снесли голову, тело сожгли, а то, что уцелело, растворили в кислоте. Помимо нее были казнены еще четверо дворян, тоже обожавших запретные удовольствия – этих попросту повесили[2]. Сам особняк маркизы сровняли с землей и настрого запретили кому-либо селиться на этой нечистой земле. Увы, чудом уцелевшим жертвам жестокой дворянки это уже помочь не могло – их психика была настолько искалечена, что оставшуюся жизнь несчастные девочки доживали в сумасшедших домах. Всего же садистка успела замучить больше восьмидесяти человек…
- О-о, вижу, меня до сих пор помнят! – улыбнулась вампирша. – Но вам с сестрой бояться нечего… мучить вас я не буду,… вы станете игрушками моей госпожи! Мы так с ней похожи… Право слово жаль, что я не встретила ее
- Мэрид… что… с ней? – кое-как пролепетала Изольда.
- Она жива – лениво раздалось в ответ. – У Хозяев на нее большие планы,… но было нужно, чтобы никто и не подумал ее искать! Так что… мне пришлось слегка пострадать. Не очень-то приятно, когда тебе проламывают голову палкой! Ну ладно, хватит уже разговоров! Госпожа задерживается,… а значит, я могу позволить себе… кое-что…
Вампирша вытянула указательный палец, на котором прямо на глазах отрос длинный коготь. Она поднесла его к подбородку девушки, а затем медленно повела вниз. Тонкая ночная рубашка с легким треском стала расходиться в стороны…
- Нет,… пожалуйста,… перестаньте! – Изольда попыталась вырваться, но путы были надежными. – Помогите!
- Тише, девочка! Тебя все равно никто не услышит. Здесь очень толстые двери и стены – усмехнулась тварь, отводя остатки ткани в стороны. – Итак,… куда же мне тебя лучше всего поцеловать…
Ее рот исказился в ужасной гримасе,… а затем из него наружу высунулся длинный толстый язык, весь в каких-то странных наростах и пупырышках. Он извивался и крутился практически без перерыва, словно мерзкий червяк,… а затем вдруг раскрылся на несколько частей, являя взору нечто похожее на присоску! Узрев
А затем она почувствовала, как нечто липкое и скользкое проехалось по ее шее и начало неторопливое шествие вниз! Все вокруг затопил тошнотворный смрад. Тварь не спешила, наслаждаясь своей властью над жертвой. Изольда понимала,
- Вот так! – слышалось довольное шипение. – Скоро ты застонешь,… так же как и твоя сестра… и это сделает твою кровь невероятно сладкой! А потом я введу тебе немного своего яда, и ты станешь такой же послушной, как она…
Автомобиль Неспящих затормозил почти у самого рва, едва не встав на два колеса и не опрокинувшись в воду. Союзники посыпались наружу, как горох! Даже Мариэль – и та проявила похвальную резвость, проникнувшись серьезностью ситуации.
