Что-то произошло. Антон это понял сразу, как отец посадил Елену в машину и велел водителю отвезти ее домой. Он сразу сник, улетел в свои мысли и почти не реагировал на шутки подвыпившей компании. А потом стал пить. Одну за другой опрокидывал рюмки, но хмель его не брал.
И когда гости разошлись, Антон первым делом пошел смотреть камеры видеонаблюдения.
– Что ты делаешь? – Инга устало зевнула, села к нему на колени.
– Хочу понять, почему мой отец так упрямо пытался напиться.
– Может, она его обидела?
– Не похоже на простую обиду. Так… Вот.
Антон внимательно смотрел на экран. Вот отец подходит к Елене, трогает ее спину. Она оборачивается. Медленно, словно готовится дать отпор, но теряется и замирает, разрешает к себе прикасаться.
– Ого, – Инга широко улыбнулась, – да тут такие страсти!
– Сейчас будет мочилово, – вздыхает Антон, когда отец склоняется к ее губам. – Понятно все.
И с удивлением наблюдает продолжение поцелуя. Поначалу робкого, острожного, но внезапно перерастающего в страсть.
– Она наша, – довольно произнесла Инга. – Никто не может отказать дядя Грише.
– Погоди.
Елена прерывает поцелуй, отстраняется и что-то тихо говорит. Отец беспомощно отступает, в отчаянии сжимая кулаки.
– Она ему что-то сказала, видишь? – Антон ткнул пальцем в экран.
– И что же?
– Наверное, попросила ее не трогать. Отец – человек слова. Ведь не тронет. Все, Инга, мы проиграли.
Антон разочарованно вздохнул.
– Не баба, а кремень. – Инга недовольно поджала губы. Промотала видео назад. – Она же его хочет, посмотри! Слушай, а давай их на складе каком-нибудь вместе запрем на ночку.
– И как ты это представляешь? На каждом складе охрана, камеры. Телефоны никто не отменял. Нет, я не знаю, что делать.
– Значит, – Инга повернулась к жениху, лукаво сверкая глазами, – нужно сделать так, чтобы она сама к дяде Грише пришла.
– И как?
– Нужно подставить ее мужа.
Утро понедельника в офисе началось сумбурно – кто-то звонил, что-то требовал, и всем нужно было сразу, а лучше вчера. Проблем с оформлением договоров никогда не было, но именно сегодня они случились. Фура с бакалеей задерживалась на границе, Степан Михайлович поругался с поставщиками, что не довезли товар, сломался погрузчик, уволились два менеджера и в довершение ко всему во всем офисе отключили свет. А время на часах было всего лишь одиннадцать утра.
Антон готов был взорваться! Он выскочил из кабинета, чтобы лично отчитать электриков, решительно шагнул к выходу, но резко остановился, увидев своего секретаря.
– С вами все в порядке?
Она выглядела непривычно уставшей.
– Можно я кого-нибудь убью? – тихо попросила она. – Немножко совсем расчленю кого-нибудь, а?
– Я с вами, – поцедил Антон сквозь зубы. – Почему света в офисе нет?
– Его нигде нет. На всей базе. И лучше электриков об этом не спрашивать, их так звонками задолбали, что отвечают они исключительно матом.
– Да что ж такое! К двенадцати приедет новый клиент заключить договор, а у нас тут полная…
Он вовремя остановился, рыкнул, взъерошив волосы, и вернулся к себе.
Выглянул в окно, увидел машину отца, бросился выполнять план. Выскочил из кабинета, кинулся к Елене.
– Помогите!
– Конечно, – Елена растерялась, захлопала ресницами. – Чем?
– Просто сидите. Пожалуйста!
– Ладно…
Дверь в приемную открылась, на пороге показался Григорий. Антон склонился над Еленой, шепнул ей в ухо: «Потерпите» и прижался щекой к ее щеке. Удостоверился, что отец увидел – тот растерянно замер на пороге – и только тогда отстранился.
– Спасибо, Елена Васильевна.
– Да не за что, – она удивленно посмотрела на Антона, проследила за его взглядом и обмерла, увидев Григория.
И тут в офисе загорелся свет.
– Это… – начала возмущаться она, но Антон приказным тоном заткнул ее:
– Займитесь договорами!
И слинял в кабинет.
Григорий прошел мимо, сухо поздоровался, не удостоив Елену даже взглядом.
Какое-то время она решала – идти разбираться или отложить на потом странную выходку босса, но, услышав, как Григорий орет на сына, решила не идти. Мальчишка хочет ее подставить? Пусть получает. Заслужил!
Пришел курьер с документами на подпись, буря в кабинете босса уже утихла. Елена взяла бумаги, постучалась, вошла. Поняла сразу – Волков-старший очень недоволен. И причина тому – она. В прошлую пятницу он четко дал понять, что Елена ему нравится, напоролся на отказ, а тут сюрприз в виде выходки Антона.
– Подпишите, – Елена положила перед Антоном документы и тут же почувствовала прикосновение к своему бедру.
– Ниточка прицепилась, – соврал Антон.
– Ниточка? – Елена посмотрела на него спокойно, без эмоций. – Еще раз найдете на мне такую ниточку, я вам руки оторву.
И ушла.
– Ты не представляешь, как глупо выглядит твой подкат, – Григорий довольно улыбался. Недавняя сцена, увиденная им в приемной, резанула по нервам. Это была даже не ревность, а бессильная злоба. Все выходные он вспоминал ее тепло и вкус губ, то, как ее тело реагировало на прикосновения. И эту просьбу – не прикасаться. Он знал, с каким трудом дались ей слова – она его хотела, тянулась к нему. Но честь не позволила изменить мужу.
