Григорий вошел в приемную и застал секретаря за странным занятием: она, сидя на стуле, «ходила» по стене босыми ногами.
Григорий тихо подошел, остановился возле ее стола.
– Ну что сразу нет? – пятки вместе, носочки врозь. У нее, оказывается, миниатюрные ступни и изящные тонкие щиколотки. – А если так: я опускаюсь перед вами на колени, – бархата в голосе прибавилось, появилась тягучая сладость. Григорий непроизвольно сглотнул, – медленно поднимаю голову и смотрю на вас с отчаянием, в мольбе протягивая руки. Рыбы, умоляю, дайте мне рыбы! Вы склоняетесь надо мной, смотрите прямо в глаза и говорите «Да»! – И это «да» было произнесено с таким придыханием, что Григорий подумал – будь он на месте ее собеседника – отдал бы все, что она попросила. – Да? – ноги пошагали вверх, крошечными шажками. – О, вы мой герой! Дальше? А дальше на вашу фантазию, Макар Иванович. Все, что хотите! – пара шагов вниз и в сторону. – Тонну завтра жду! Обожаю вас! Целую, пока! Ири-инка! – Оттолкнулась от стены, проехала до стола, развернулась и вскрикнула, увидев Григория: – Лять етитть! Да что вы, сговорились меня пугать? Что вы тут делаете?
– Это я хотел вас спросить, – нахмурился Григорий, – что вы тут устроили?
Показалась Ирина.
– Будет нам завтра рыба! – торжественно сообщила Елена.
– Как так? – Ирина удивленно посмотрела на нее, на Григория. – Нету же нигде.
– Места знать надо. Я бронь в «Раю» отменила. Только не спрашивай подробности.
– Вот спасибо! Все, ушла оформлять заказ!
– Ага, давай. Так, – Елена покрутилась на стуле, – где мои туфли?
– Вы не думаете, что перегибаете? – Григорий обошел секретарский стол, подобрал туфельки. – Это же наши поставщики.
– Макар Иванович очень любит со мной разговаривать. Мы, можно сказать, телефонная пара. Отдайте мою обувь.
Григорий опустился на колено, протянул руку:
– Дайте ногу.
– На фига? – Елена рефлекторно спрятала ноги под креслом. – Вы что делаете?
– Разве я не могу помочь красивой женщине надеть туфли? – он смотрел в ее глаза – испуганные, растерянные и не смог сдержать довольной улыбки. – Это тоже рабочий момент.
– Идите лесом со своими моментами! Ничего я вам не дам!
– Ладно. – Он протянул руку, обхватил ее щиколотку и, не встретив сопротивления, осторожно надел туфлю. Взял вторую ногу, задержался, погладив ступню большим пальцем, медленно провел ладонью вверх, до колена, с удовольствием наблюдая, как румянец заливает ее лицо. Очень хотелось продолжить, прижаться губами к острой коленке и подниматься выше, забраться под юбку.
– Хватит…
Сказала тихо, хрипло. Он отступил. Надел туфлю. Встал.
Елена вскочила с кресла, нервно одернула юбку. Он тут же пошел на нее тараном, заставляя отступать, уперся руками в стену, отрезая путь к отступлению.
– Вы что делаете? – Она была напугана и растеряна.
– Пытаюсь вас соблазнить, – честно признался он.
– Вы же обещали…
– Я вас и пальцем не трогаю. – Он слегка коснулся губами ее щеки, волос. Отстранился немного, заглядывая в глаза. – Вы даже не представляете, чего мне стоит сдерживать свое слово…
Она могла оттолкнуть его в любой момент, но стояла, словно завороженная, позволяя ему бесконтактные ласки. Не прикасаясь, он скользил губами по виску, щеке, шее, губам.
Губы… Он даже сжал кулаки, чтобы не сорваться. Слишком хорошо помнил, какие они на вкус, какая вся она на ощупь.
– Вспомнила! – выдохнула Елена, выскользнула из его ловушки, схватилась за телефон. – Михалыч! – кашлянула, выправляя голос. – Михалыч, у тебя завтра тонна рыбы будет. Ну вот, сюрприз. Я знаю, что морозилку отключили. За ночь морозу наберет. Далеко ушел? А сколько времени? Опа… Не, не возвращайся. Я все равно тут, сама включу. Ладно, пока.
Суетливо собрала вещи.
– Григорий Викторович, я офис закрываю. Рабочий день закончен.
– Хорошо.
Закрыла двери, поставила офис на сигнализацию, быстрым шагом направилась к складам. Григорий пошел следом.
– Куда вы идете? – Нахмурилась Елена, он с сожалением отметил, что она остыла, успокоилась.
– Просто иду.
Зашли на склад, прошли к морозильным камерам. Елена привычно включила рубильник и он, по своему обыкновению, не включился. Она всегда забывала, что Михалыч вырубает электричество полностью. А розетка высоко. Полезла по хлипким ящикам наверх, вставила вилку в розетку и вскрикнула, провалившись. Григорий поймал вовремя – со спины подхватил под руки, стараясь не трогать ее тело ладонями.
– Помогите уже! – взмолилась Елена.
– Как могу. Рабочее время закончилось…
– Да разрешаю! Разрешаю себя трогать! Тоже мне, благородный сфинкс…
– Другое дело.
Только вытащить Елену не получалось. Ноги застряли между планками ящика, а тот в любой момент норовил опрокинуться. Ситуация резко обернулась опасным моментом – если ящик перевернется, сломает Елене ноги.
– Григорий Викторович, – всхлипнула она, когда давление на ноги резко увеличилось.
– Держись, Аленка, – Григорий достал телефон, набрал номер охраны. – Парни, живо на пятый склад ко второй морозилке! Живо, я сказал!
Перехватил дрожащее тело так, чтобы уменьшить нагрузку на ноги, ящик покачнулся.
– Хрендец мне…
