Энке легко отыскал нужный адрес. Дверь отворил служка и молчком повел гостей во внутренний дворик. Господин шествовал, секретарь семенил. В патио их рассадили соответственно рангу. Джинн устроился у фонтанчика на ковре, его хозяин под стеночкой на скамейке. Впрочем, рядом накрыли небольшой столик: кувшин вина, вяленая дыня...
Выход хозяйки задерживался. Но Энке проявлял выдержку. Ему восточные нравы были известны гораздо лучше, нежели Лексу. Может так и надо, чтобы гости вином надувались, пока хозяева нос пудрят. Джинн щипал виноград, изредка прикладываясь к чаше. Лекс пялился по сторонам, стараясь не выпадать из образа.
Очень смущал рассказ Энке про стрекочущего мажордома. Лекс не умом, шестым или двадцать шестым чувством ловил флюиды напряженности, но самое важное: его воротило от атмосферы этого места. Все вроде замечательно, фонтан, ковер, мраморные лавки, розочки, завитушки. Сиди, нюхай, любуйся. Нет! Свет резал глаза, назойливо журчала вода, а еще было душно, твердо, кисло, приторно...
Хозяйка явилась внезапно - стремительно вышла из-за портьеры вся в волнах розового шелка. Лицо снизу оказалось прикрыто. Зато в изобилии имелись густые черные кудри и удивленные глаза.
- Мне сказали, у нас гости, - вежливо обратилась она к Энке.
Тот и не подумал встать перед дамой. Щас! Отщипнул большую виноградину и зажал ее зубами. Брызнул сок. Джинн проглотил виноградину и рассмеялся.
- Садись. Зачем стоять, когда можно сидеть. Зачем сидеть, когда можно лежать. Я бы, например, с удовольствием сразу лег. А ты?
Энке удалось сбить ее столку. Женщина нервно переступила с ноги на ногу, качнулась вперед, но тут же вернула себе прежнюю позу величавого удивления.
- Вы, наверное, кого-то ищите. Вы ошиблись домом? Назовите имя, мои слуги проводят вас.
- Мы не ошиблись. Но! - Энке вскочил, состроив свирепую мину. - Я вижу, ты решила посмеяться. Над ним, - в сторону Лекса, - пожалуйста. Он никто, секретарь, мальчик на побегушках. А я могу и обидеться.
Хозяйка шагнула к джинну. Платок, закрывающий лицо, свалился будто сам собой. Дама беспомощно и одновременно совершенно обворожительно улыбнулась.
- Мне было интересно, каков ты в гневе. Ты так силен, ты воплощение силы. Ты прекрасен. Я не боюсь мужского гнева. Мне нравится ярость. Давай выпьем вина.
Хозяйка хлопнула в ладоши. Служка тут же подкатился к ее ногам с новым кувшином. У фонтана разлили. Лекс тоже плеснул себе на донышко. Вино как вино. Могло бы быть и получше. Посторонних привкусов, слава всем богам, вроде нет. Но это в его кувшине. Энке могли подсыпать все что угодно: от сонного, до наоборот - возбуждающего. Хозяйка же не знает, что джинну оно без разницы хоть кислоту наливай.
Мысли повернули на отравление не просто так, а по причине гнусности окружающих обстоятельств. Гость с хозяйкой ворковали у фонтана. Журчала вода, Лекс их не слышал. Хотя и так понятно. Он ее уговаривает, она: нет, нет, нет, как можно! Где же интересующий объект? Лекс не без основания полагал, что Энке столкнулся в этом доме со скалтом. Даже не по описанию - по флеру. Манус Аспер не зря таки просидел в пещерах пять лет. Новые знания открывали мир с иной, не известной ему ранее стороны. Запахи и звуки окрашивали действо, безошибочно указывая...
Энке лениво поднялся и как-то слишком уж невежливо оттолкнул ручку хозяйки. Лекс спохватился, он, кажется, прозевал нечто важное. Дама между тем вскочила и вся прильнула к гостю. Вода, гадство, журчала так громко, ни слова не разобрать! Из пантомимы Лекс уяснил, что джинн как бы простил оскорбление, мимоходом приласкал дамочку, отошел на ровную мраморную площадку и уже оттуда о чем-то попросил. Дама пожала плечами и хлопнула в ладоши. Из-за занавески раздался дробный барабанный ритм, за которым почти терялись струнные аккорды.
Лекс впервые видел танцующего джинна. У того, надо признать, получалось неплохо. Тело перетекало рельефом, будто под кожей струилась вода. Ритм барабана убыстрился, ноги гиганта начали отбивать дробь. От зрелища исходила такая притягательная сила, что так и подмывало самому сорваться в танец.
Вот и хозяйка не устояла, пошла по кругу, попутно теряя одно покрывало за другим.
Не плохо сложена, - отметил Лекс, - ноги, правда, коротковаты. Некоторые, однако, считают, что это не умаляет достоинств дамы, а совсем наоборот.
Ритм внезапно оборвался. Энке с полуоборота подхватил женщину и усадил себе на сгиб локтя. Картинка получилась просто таки хрестоматийная. Что за сим воспоследует, сомневаться не приходилось. Джинн, совершенно немыслимо для человека изогнувшись, положил свою ношу на ковер у фонтана. Лексу осталось тихо выбраться из своего уголка и удалиться. Как можно мешать своему господину! Нет, не господину. Лекс не раб, а наемный служащий. Следует сказать, если его таки накроют, шастающим по покоям в чужом доме, что он не желает мешать своему... своему...патрону? Экселенцу? Не поймут. И ладно. На месте сообразит, как отбрехаться. Главное, пройтись по дому, а если повезет, то и с прислугой поговорить.
- Вы что-то потеряли?
