Ослепительная дуга молнии расцеловала небо.
Йоши внезапно остановился, чавкая ботинками по грязи и серо-голубому камню. Он посмотрел на тигра, парящего в вышине, пригляделся к четким линиям механических крыльев, черным полосам и белоснежным перьям на фоне бурлящего серого моря облаков.
И вновь провел ладонью по голове, представив темные глаза, горящие смехом.
Губы, на которые он когда-то смотрел, просто… отсутствовали. Рука, которую он когда-то держал, обглоданная и без пальцев.
Йоши покачал головой.
Йоши отправился дальше. Дождь начал плеваться, густые капли вязкой жижи стекали между ржавыми рельсами, ударяясь о металл сбивчивыми нотами. Юноша прикрыл рот платком. Шагая по выбеленному дереву, он молился, чтобы ливень побыстрее прекратился. Он не замечал арашитору, пока чуть не налетел на него.
Дождь стих. Тигр сидел прямо перед ним, поперек рельсов, размахивая хвостом из стороны в сторону. Перья посерели от воды, металлические крылья тускло поблескивали. А глаза были цвета расплавленного янтаря, как скрытое пеленою солнце.
Йоши задрал голову и посмотрел тигру в глаза. Затем взглянул на грязные облака, на длинный участок железнодорожного полотна, на черные капли, упавшие на протянутую ладонь.
Он вскарабкался на спину грозового тигра, и адреналин превратил внутренности в бурлящую вскипающую жидкость. Арашитора встал, Йоши качался у него на спине, пока зверь скакал по путям. Потом тигр подпрыгнул, расправив крылья, но с грохотом рухнул на землю.
Йоши выругался, вцепившись в тигра, а тот снова подпрыгнул и на этот раз поймал воздух крыльями и, разрывая пустоту между облаками и землей, начал подниматься в небо. Юноша почувствовал, как от лица отхлынула кровь. Он наблюдал, как земля отдаляется, а зверь описал в воздухе длинную скачущую дугу, от которой внутренности взмыли вверх и прижались к груди.
Крылья тигра пели песню металла, шестеренок и поршней, поскрипывающих при подъеме, взмывающих в дождь и облака.
А по пятам плыло оторванное перо, пикируя и взмывая. Потом его подхватил ветер, подстраховал, удерживая рядом с ними так долго, насколько возможно.
Не навсегда.
Но все же достаточно долго.
Темная комната, полная смазанного железа. Гул никогда не засыпающих двигателей. Слухи о предательстве.
– Сегодня вечером, – сказал первый.
– Нет. Слишком рискованно, – ответил второй. – Мы можем обставить это как несчастный случай.
– Нет. Даже если бы мы убивали старших, нашей приоритетной целью стал бы командор Рей. Но только не Пятый Бутон.
– Если ты убьешь Рея, тебя сразу же схватят. Ты – его помощник и будешь первым, кого обвинят. А для дела нужны все мы втроем, чтобы заглушить двигатели, когда придет время.
– Поэтому Рея
