Немного пошевелив жуткой конечностью, старик переложил в нее меч, лезвие которого сразу вспыхнуло ярким серебристым светом, издавая мерное гудение. Через миг таким же сиянием окутался и сам глава Корня, активировав доспех стихии Ветра.
— Сегодня я устрою тебе небольшой экзамен, двадцать шестая. Атакуй меня с намерением убить и не смей сдерживаться или колебаться. Это приказ. Я тоже не стану давать тебе никаких поблажек и буду сражаться в полную силу. Если допустишь ошибку или окажешься слишком слабой… умрешь. Ничтожный мусор не нужен Корню. Атакуй!
Девушка молча выхватила из-за спины свою катану и тут же словно размазалась в воздухе, преодолевая расстояние до противника с колоссальной скоростью. Уже на ходу ее тело и оружие тоже полыхнули светом воздушной стихии. Двое шиноби S ранга столкнулись с оглушительным грохотом и скрежетом. В месте соприкосновения лезвий мечей будто возникло ослепительное солнце, расшвыривая во все стороны каскады быстро гаснущих искр. Противники сразу попробовали задействовать свободные руки, окутавшиеся коконами из концентрации огромного количества чакры. Раздавшийся мощный взрыв взметнул вверх комья земли, оставляя после себя глубокую воронку, и расшвыривая сражающихся в разные стороны. По полигону прокатилась волна чудовищного воздушного удара, заставляя пригибаться и ломая деревья, срывая с них листву. Но противники даже не обратили на это внимания, снова сойдясь на огромных скоростях и закружившись в стремительном, смертоносном танце смазанными тенями, за которыми глаза обычных людей даже не смогли бы уследить…
Столкнувшись в очередной раз, клинки двух мастеров Ветра неожиданно заполыхали ярче обычного и с них сорвались дугообразные волны энергии, с оглушительным скрежетом пытаясь пересилить и продавать одна другую. Полигон осветился ярким и чистым бело-серебряным светом, раскинувшимся по территории подобно земному северному сиянию, и… Окружающие местность невысокие скалы вдруг начали медленно и величественно разваливаться на части, открывая взору линии десятков ровных и до зеркального гладких разрезов, будто сделанных мощными лазерами. А на месте сражения уже закручивался темный вихрь из поднятой пыли и земли, быстро усиливаясь и перерастая в ужасающий смерч, постепенно все быстрее начинающий вырывать с корнем деревья, траву и верхний слой почвы. И внутри этого колоссального, рукотворного торнадо все продолжали мелькать и сталкиваться яркие вспышки серебряного света. С легкостью танцующие яростный танец сражения в бушующих потоках ревущего ветра, двое противников еще только начинали наращивать темп своего смертельного боя…
— Вот скажи мне. Что это такое?! — Злой Хирузен потряс кипой листов, недовольно глядя на стоящего перед ним шиноби в маске АНБУ, изображающей морду собаку. — Двадцать одно опоздание на службу! И это только за последние месяцы! Ни разу не явился на заседания совета джонинов, полностью проигнорировал приказ пройти курс психологической реабилитации у штатного менталиста. Три раза замечен вусмерть пьяным, четырнадцать раз… И так далее, и так далее, и так далее… Перечислять все твои выкрутасы можно до вечера! Радует, что ты хотя бы не пренебрегаешь тренировками и не подводишь товарищей в патрульных миссиях за пределами деревни. Что скажешь в свое оправдание, Какаши?
— Мне нечего сказать. — Равнодушно ответил Хатаки.
— А вот мне есть. Ты что, малолетняя дэфочка-выпускница академии, впавшая в истерику и долгую депрессию при виде своего первого трупа?! Я понимаю, сколько трагедий и потерь тебе пришлось пережить за свою жизнь и каким страшным ударом была операция в Кисаре. — Хирузен сменил гневное выражение лица на сочувствующее. — Но все мы воины страны Огня и все мы кого-нибудь теряли. Такова жизнь шиноби. Я до сих пор помню запах и голос своей любимой жены в день освобождения Девятихвостого. Будто она только что вышла из моей комнаты, ласково улыбнувшись и пообещав добавить слабительное в мой завтрак, если я сегодня же не помирюсь с сыном… Вышла, чтобы никогда уже не вернуться… Я помню каждую малейшую деталь того дня, помню все… А вот ее лицо… забыл… И даже фотографий не осталось, когда демон разрушил наш дом.
Хирузен минуту помолчал, словно заново переживая события того дня.
— Однако, на всех нас лежит ответственность за многие сотни тысяч жизней простых людей, что доверились нам и полагаются на нашу защиту. Что бы ни происходило, кого бы мы ни потеряли, какие бы сложные решения нам ни пришлось принять… и какие бы ошибки мы ни сделали… Мы должны продолжать сражаться! Ради будущих поколений нашей страны. Как бы это было просто уйти в себя, плюнуть на все! Сколько раз мне хотелось банально напиться, отправляя людей на смерть, решая их судьбу, принимая холодные, логичные и выверенные решения будто они не живые существа, а просто пешки в игре го! Сколько раз я с огромным трудом брал себя в руки, чтобы просто не сломаться! Но я не могу позволить себе дать слабину, иначе жертвы всех этих людей окажутся напрасными!
