— Если после Филина она не сорвется, предлагаю пустить к ней Какаши. Он как раз все рвется ее навестить. Это и будет последней проверкой. — Продолжил главный аналитик, проигнорировав речь главы Корня. — Кстати, Хатаки официально написал заявление, чтобы в случае, если Асэми его убьет, ей не предъявляли никаких обвинений. Осталось его утвердить или отклонить.
— Хм, а стоит ли допускать встречу с ней Какаши? Он все-таки довольно ценный сотрудник, чтобы вот так просто его потерять. — Хирузен взял заявление Копирующего ниндзя и теперь с сомнением его изучал.
— Боюсь, эта встреча неизбежна, поэтому лучше провести ее на наших условиях. Это поможет избежать нежелательных последствий. Хатаки сейчас мучает сильное чувство вины и, даже не смотря на все наше противодействие, он в любом случае рано или поздно сумеет встретиться с Асэми. Так же стоит учитывать, что и она может начать его поиски. А масштабных боевых действий на наших улицах все-таки хотелось бы избежать.
— Хм…
— Так вы утверждаете мой план, хокаге-сама? И как анбу реагировать, если Асэми все же убьет Филина или Какаши?
— Асэми теперь шиноби S ранга, а значит оружие деревни стратегического значения. Это даже если не брать в расчёт новый адаптивный геном. И пока мы можем ее контролировать, ей в любом случае многое простится, но вот если она сорвется и не ограничится нападением на Филина или Какаши… Вы знаете, что нужно делать. Можете приступать, обо всем докладывать мне немедленно. — Хокаге махнул рукой, отпуская своих советников.
Прошло уже полторы недели с тех пор, как Светлана пришла в сознание. Все это время девушка посвятила планомерному изучению и анализу памяти Асэми и поиску в ней психологического блока, не позволяющего себя убить. И хотя найти его все же удалось, со взломом возникли серьезные трудности.
Большинство земных методик ликвидации подобных блоков неожиданно оказались абсолютно неэффективны. Более менее работал только способ волевого воздействия, но даже с его помощью, по примерным расчётам, нужно было от одного до двух месяцев для полного устранения помехи. Поэтому Волкова оставила это бесполезное занятие и полностью сосредоточилась на восстановлении, значительно ускоряя свой метаболизм. Чем быстрее она выздоровеет, тем быстрее выйдет из больницы и тем быстрее, наконец, закончит свое существование и вернется обратно во тьму и пустоту.
Хорошо еще, что ранения, полученные в последнем бою, довольно быстро заживали, и в принципе Светлану должны были скоро выписывать. Правда, чтобы доказать, что и психологическое состояние тоже в порядке Волковой пришлось уже потрудиться, отвечая на длинные и довольно каверзные допросы недоверчивых врачей. К счастью то, что она пыталась совершить самоубийство, никто так и не понял, и все списали на последствия от ранений и пробуждения генома.
Однако, даже когда врачи уже сделали заключение о достаточном выздоровлении девушки, ее почему-то так и не выписали и обязали находиться в больнице еще несколько дней, при этом сохраняя постельный режим. Когда Светлана попробовала уточнить, с чем это связано, главврач замялся и сказал, что они еще не успели провести все тесты и нужно немного подождать. А затем в больнице стало появляться большое количество незнакомого медперсонала.
Первой мыслью Волковой было то, что ее раскрыли, но она быстро откинула это предположение. Девушке регулярно делали тонизирующие уколы, и накачать ее снотворным для захвата не было проблемой. Значит, здесь было что-то другое… однако размышления Светланы внезапно прервали. Раздался стук в дверь.
— Здравствуйте Асэми-сан, вы помните меня? Я был с вами на последнем задании. — В палату к девушке зашел темноволосый мужчина, среднего телосложения, с непримечательным лицом, лет тридцати пяти на вид и одетый в стандартную униформу джонина.
— Я помню вас. Группа Собаки, позывной Филин, специализация — сенсор, джонин-анбу ранга В.
— Верно… Я пришел сюда, чтобы поговорить о том, что случилось. — Филин устало потер лоб и, сев на стул рядом с кроватью, без всяких предисловий начал рассказывать… По мере рассказа Светлана почувствовала, что снова начинает терять контроль над эмоциями. От части, оставшейся от Асэми, пришла просто ужасающая волна боли и ненависти. Хотелось буквально растерзать сидящего рядом шиноби, а потом уничтожить всех, кто встанет на пути, но добраться до этого Хатаки Какаши и убивать его очень долго и очень мучительно, чтобы он сполна прочувствовал все… Светлана титаническим усилием воли подавила эмоции и прогнала все лишние мысли. Становилось очевидно, что она сильно недооценила влияние остатков чужого разума на собственное сознание. Хотя девушка прекрасно понимала боль и ярость Асэми, но…
