Скучно стало Матушке-Луне обманывать свои искусственные спутники трансляцией столь хорошо "изученного" образа безжизненной, покрытой пылью поверхности, и захотелось прогуляться на Землю, хотя бы ненадолго. Сегодня над одним из центральных регионов России она была очень даже полной, и успела вдохновить на причудливые фантазии одного художника, одного поэта, и одного пребывающего на пороге великого открытия ученого, но сейчас отнюдь не эти субъекты жизни земной были ей интересны, ибо она искала кого-то непосредственного и невинного, кто принял бы ее душой и сердцем, и остался бы с нею навеки.
Луна вежливо и скромно уменьшилась (разумеется, не для всех) и принялась вальсировать с атмосферой, с ее непредсказуемыми потоками, и очертания сел и городов, исполненных грусти и радости, понемногу представали перед нею, обогащаясь все новыми и новыми деталями.
В это время в углу заброшенного сада, окруженного дощатым забором, в тесном сарае, на кровати с металлической сеткой, наивно и простодушно спала, не ведая о серьезностях взрослой жизни, маленькая и добрая девочка. Ее комнату в доме, расположенном напротив сарая, сдали на лето квартирантам, а ее любимую кошку Сюську обидели всего лишь за то, что она отпечатала признания в любви к безвкусным комнатным обоям своими острыми коготками, и убежала кошечка прочь, как ветер, лишь помянув добрым словом свою маленькую хозяйку, а позже выяснилось, что ее сбила машина - такие вот дела творятся под небом. Во сне девочка целовала и гладила Сюську, будто была ее кошечка до сих пор жива, и настолько девочка этому радовалась, что забыла о пребывании своем за границей реальности, а потому и не думала, что на самом деле спит, а не бодрствует.
Луна неспешно спускалась к дому, где ее, возможно, ждали, прокатилась по линии электропередач, оставив парочку полукоротких замыканий, из-за которых электрические розетки в нескольких квартирах принялись фонтанировать лимонадом, потом задела забор, окружающий девочкин дом, своей лучистой бахромой, отчего на нем выступили капли сливочного мороженного, и очень медленно, не желая испортить хрупкое равновесие мироздания, полетела к сараю.
Луна остановилась у окрашенной в недобрый коричневый цвет деревянной двери, и удивлению не было предела, ибо она поняла, что спящего внутри ребенка самым вульгарным образом заперли на ключ. Чтобы, возможно, выпустить на волю утром с обязательным подарком в виде упреков да поучений, а может быть, даже и угроз.
Луна протянула тоненький лучик к замочной скважине, и через минуту-другую недобрая коричневая дверь сарая, издавая тихий ворчливый скрип, соизволила отвориться, впустив ее внутрь - чтобы замок поддался, ему достаточно было объяснить, как неблагодарна работа механизма, охраняющего чужую неволю, и как приятен хотя бы иногда отказ от такой работы во имя действительно высоких ценностей, взлелеянных самыми древними и добрейшими Божествами.
Луна осторожно погладила девочку по белокурой головке, и та, пробормотав спросонья "Сюська, это ты?", мягко выпала в мир ночной яви, встретившись серо-голубыми глазами с неожиданной посетительницей.
-- Зачем ты спустилась с неба? - спросила девочка. - А вдруг астрономы объявят тревогу? И что тогда будет?
-- Для прочих людей я по-прежнему на месте. Известно ли тебе, дорогая, что я могу жить в разных временах и пространствах, потому что не была сотворена, а попросту приснилась похожей на тебя маленькой девочке, которая боялась темноты, но было это столь давно, что я и сама не помню, когда именно.
-- А для чего ты пришла ко мне?
-- Я хотела пригласить тебя в гости.
-- Но у тебя же нет атмосферы. Чем я буду дышать?
-- Меня окружает аромат мечты, его будет достаточно для дыхания, и вообще, неужели ты думаешь, что я действительно пустая и мертвая? О нет, я лишь притворяюсь таковой для тех, кто хочет использовать меня в военных нуждах. На самом деле я покрыта фиолетовыми лесами, там листья у деревьев имеют форму снежинок, а если деревья хотят пожить по-осеннему, то листья я них синеют, а когда опадут, то становятся зелеными, а потом превращаются в белую сахарную вату. А еще по мне протекают молочные реки. Но о главном сюрпризе для тебя я пока что промолчу. Так ты согласна отправиться в мои владения?
-- Ты ведь хочешь забрать меня навсегда? Просто я читала в одной умной книжке, что для встретивших чудо обычная жизнь заканчивается.
-- Ммм... возможно. То есть, я не буду удерживать тебя насильно, но есть вероятность, что ты просто НЕ ЗАХОЧЕШЬ вернуться.
-- Дай немного подумать. В принципе, родители мои уж который раз говорят, что я им мешаю жить для себя, а кошечки моей нет больше на свете. Да! Я согласна уйти с тобой.
-- Тогда пожелай обрести крылья! Вспомни, как летаешь во сне.
