В месте взрыва пехотинцы Империи лежали неряшливыми кучами истекающей кровью плоти. Что-то упало перед Парином на землю, и он с ужасом увидел, что это оторванная почти у плеча рука с нашивкой второй центурии. Его чуть не стошнило. Едва справившись с собой, Парин побежал вперед, и тут прогремел второй взрыв. Это действительно были маленькие пушки. Вот только стреляли они не ядрами, а мелкими кусками металла, похожими на те, что используют Кинетики. Выстрел был направлен на «кулак рыцарей» с расстояния в десяток шагов. Сталь не спасла никого. На ногах осталась только пара оруженосцев, стоящих с боков клина рыцарей. Остальные представляли собой посеченные мелкими стальными шариками груды доспехов. Парин поискал глазами второго Бегуна и заметил его недалеко от полегшего строя рыцарей. С арбалетным болтом в животе.
Пока он разглядывал поле боя, к нему успел подбежать один северянин с небольшим топором наперевес. Копье он, видимо, оставил, когда строй легионеров и рыцарей был уничтожен. Без прикрытия стены из щитов столь длинные копья и правда неудобны. Парин принял удар топора на щит и ударил мечом горизонтально, с широким замахом. Меч пробил кольчугу и погрузился в бок северянина с хрустом, потонувшим в других звуках боя. Северянин то ли вздохнул, плюнув кровью, то ли хрюкнул и завалился на бок. Парин растерялся, это был первый раз, когда он ударил кого-то по-настоящему, и не успел освободить меч. К нему метнулась еще одна фигура с мечом. Удар пришелся на предплечье правой руки, сжимающей рукоять меча. Наручи он, как назло, снял у костра. Руку обожгло болью, и Парин заорал. Он дернулся, что-то порвалось, и он с ужасом уставился на обрубок своей правой руки, из которого хлестал поток крови. Его крови. Боль и ужас сделали свое дело, и Парин потерял сознание, успев заметить, что на его противника кто-то напал сзади.
Несмотря на энтузиазм Миллы выбраться из Майна, сделать это быстро не удалось бы. Точнее, можно было уехать, не теряя времени, но тогда в будущем вход в императорскую библиотеку будет заказан. Формально ученые-священники Области Одина имели право посещать библиотеку, но действовал целый ряд ограничений. Так, перед тем как покинуть библиотеку, Асциене с Миллой нужно подать прошение императору на завершение работы с книгами. Разумеется, не самому императору, а одному из мелких чиновников, но сделать нужно было все обязательно по правилам. Бюрократия в Империи славилась не меньше, чем ветра Великой степи, торговцы Союза торговых городов или копи Отчаяния в Области Одина. Именно копи были причиной прочного союза между Областью и Империей. Маги не любили старых богов и их служителей, но мирились с тем, что церковь проповедовала в Империи, так как в горах Ужаса на территории Области Одина было самое большое месторождение Семени Хаоса. Копи стягивали массу рабов и надсмотрщиков. Последних было чуть ли не больше, чем рабов, ведь каждый раб мог теоретически укрыть Семя, проглотить его и стать магом. За последний век было два весьма жутких и кровавых бунта. В свою очередь старейшины – собрание высших иерархов церкви Одина – терпеть не могли надменных магов, однако Область была маленьким государством без плодородных полей, без лугов для выпаса скота, с одними только копями по добыче разных металлов и Семени Хаоса. Торговать напрямую получалось у Области только с Империей, так как с севера Область закрывал от королевства Герика Восточный лес, и удобных бухт на побережье Области почти не было. Так сохранялся баланс между грозной Империей и теологической Областью Одина. Асциена как опытный историк понимала, что этого мало. Наверняка маги и священники хранили друг от друга много секретов. Собственно говоря, по иронии, сама Асциена была тем, кто находил и собирал секреты истории, способные пошатнуть как основы власти священников, так и магов.
Оставив стандартное прошение об отсрочке в канцелярии имперской библиотеки, Асциена и Милла направились во дворец императора. От библиотеки с ее гигантским куполом и пятью малыми башнями до дворца можно было легко дойти пешком, не нанимая кареты, запряженной осликами. После лошадиного мора, произошедшего четыре века назад из-за попытки Повелителей плоти улучшить одну из пород, на континенте лошадей не осталось совсем. Некоторое время это порождало массу неудобств, собственно говоря, армии до сих пор страдают из-за отсутствия кавалерии. Впрочем, предприимчивые люди не растерялись. Очень быстро было выведено несколько пород ослов более высоких и крепких, которые заменили лошадей для карет и телег. Асциена читала, что в сельской глуши также вывели новые породы коров, не таких дойных и массивных, но более быстрых и подвижных. Они неплохо себя показали на сельскохозяйственных работах.
