— Да какой угрозы?! Это ж полугбадды! Что бы они ему сделали? — взорвался парень, очередной раз поднимая Тамираса.
— Откуда я знаю! Я, не поверишь, в вашем мире новичок! Но я знаю, что угроза от них шла и именно на нас направленная! Неужели не заметно?!
— И с чего ты это взяла? — немного ехидно поинтересовался Радмир, приподняв одну бровь. На блондина он забил, и тот, свернувшись клубочком, мирно посапывал на полу. А вот я впала в ступор. Действительно, откуда мне это известно? Такая твердая уверенность… Я ведь осознавала эту угрозу вполне ясно, практически ощущала. В общем, не могу объяснить. Да и не хочу. Хватит. Адреналин вышел, и на меня навалилась жуткая усталость вкупе с каким-то внутренним опустошением.
— Ладно, забудь. Не важно, — устало пробормотала я, сползая по стене. Кивнула на блондина. — Отведи его хоть в кровать, простынет ещё.
Радмир не сразу понял, что дискуссия окончена. Грозно застыл, скрестив руки на груди, и пытался просверлить меня взглядом. Безуспешно. Мне было абсолютно все равно. Я тихо сидела на корточках, привалившись спиной к стене, опустив голову и поглаживая зверька. Постояв так и осознав, что продолжения не будет, брюнет молча сгреб Тамираса и втащил в крайнюю справа комнату, закрыв за собой дверь. Я не шевелилась. Через минуту Радмир высунулся и ткнул пальцем в дверь возле меня, буркнув:
— Тебе сюда.
Поймав ключ, я не спеша поднялась и шагнула в указанном направлении. Между нашими комнатами, находящимися друг напротив друга в самом конце коридора, располагался небольшой чуланчик, но как мне хотелось, чтобы на этом месте вдруг выросла Великая китайская стена! Ну, или хотя бы берлинская…
Ощущая себя полностью вымотанной, аккуратно уложила мелкую пьянь в уголок кровати и упала рядом. Внутри воцарилась пустота и какая-то апатия (ну, здравствуй, хандра, давно не виделись). Домой хочу. Может, ну их, этих помощничков? Не проще ли будет одной до Ванды добраться? Лошадь у меня есть (и какая!), язык тоже, авось не пропаду. Кстати! Пока я тут благородному сплину предаюсь, Дымка на улице стоит, голодает! И остальные тоже… Встряхнувшись, решительно поднялась с кровати. Я постоялец? Постоялец! Значит моей тъекки положено место в конюшне, как и Джарре с Вольдемаром. В конце концов, не должны же животные страдать из-за того, что хозяева с придурью!
Аккуратно прикрыв за собой дверью, я тенью скользнула к лестнице. В комнате напротив было тихо. Ну и отлично! Встречаться с соседями не хотелось совершенно, как и вообще с кем-либо. Сомневаюсь, что здесь по вечерам собирается исключительно интеллигентная публика, попивающая чаек и беседующая о высоком. Посильнее натянув капюшон толстовки, я спустилась в зал, по пути окинув его быстрым взглядом. Вечер был в самом разгаре. Похоже, это место пользуется большим успехом: все столы были заняты. Основной контингент — мужики разной степени суровости и поддатости. В принципе, я так и предполагала. Как мне успели объяснить, женщины в этом мире не то чтобы прав не имеют, но по сложившейся традиции ими просто не пользуются, предпочитая тихими рабынями сидеть дома и шарахаться от каждого шороха. Темное время, дикие нравы… Стараясь обращать на себя как можно меньше внимания, облокотилась на стойку.
— Уважаемый, на минуту, — голос не повышала, но меня и так прекрасно услышали.
— Чего изволите, леди? — вопросительно поднял бровь приблизившийся трактирщик, стараясь как можно незаметнее заглянуть под капюшон.
— Мы тут со… спутниками на ночлег остановились. Мне бы лошадок пристроить, — чуть насмешливо улыбнулась я его попыткам. Но снимать капюшон не стала — думаю, он меня и так ни с кем не перепутает: такой одежды, как правильно заметил Радмир, нет ни у кого. Да и наша стычка с полугбаддами незамеченной явно не осталась. Иначе обращения «леди» я бы точно в свой адрес не услышала — девушки здесь так себя не ведут, особенно приличные. А, начхать!
— Да, конечно, как пожелаете, — чуть поклонился трактирщик. Что-то он чересчур вежлив, по-моему. К чему бы это? — Ланс! Ланс, я кому говорю?! — хмурый коренастый блондин с неохотой оторвался от девушки явно облегченного поведения, которую зажимал у стеночки, и повернулся в нашу сторону. — Отведи лошадей леди и её спутников в гостевые конюшни.
Ни слова не говоря парень двинулся к выходу. Я последовала за ним. Душу грызло ощущение неясной тревоги. Не хочу идти на улицу! Что-то там нехорошее ждет. Пожалею ведь, ой как пожалею! Но и не пойти не могу — должна же я лично удостовериться, что с Дымкой все в порядке.
Сойдя с порога, на мгновение замерла, давая глазам привыкнуть к темноте. Справа донеслось ставшее уже привычным фырканье моей боевой подруги, сиречь Дымки.
— Которые ваши? — хрипло буркнул Ланс. Моргнув еще раз, я подошла к тъекки, мимоходом приласкав Джарру. Указала на рыжую и, немного поколебавшись, на Вольдемара, а сама принялась развязывать узел, не столь давно затянутый брюнетом на коновязи.
