В. ГЕРАЩЕНКО: Я советую быть уверенными в себе и всегда выступать за правду. Другого пути нет.
С. КОРЗУН: Виктор Геращенко был гостем программы «Без дураков» на «Эхе Москвы». Быстро время протекло. Может быть, о чем-то главном не успел спросить. Ну, тогда до будущих встреч. Что там, семьдесят пять лет через некоторое время… До этого мы еще встретимся.
В. ГЕРАЩЕНКО: Как говорят англичане: «I don’t mind» — «Я не возражаю».
С. КОРЗУН: Спасибо вам огромное за то, что пришли отвечать на наши вопросы. Счастливо!
2012 г.
<p>Я бы тоже уволил Кудрина</p><p><sup><emphasis>(фрагменты из передачи с участием В. В. Геращенко на телеканале «Дождь»)</emphasis></sup></p>Лобков: Допустим, сейчас идет такая ротация в правительстве, будущие кадры активно обсуждаются. Вот кто мог бы стать следующим главой Центрального банка, тем более что как говорят, будет кризис, вот Кудрину вроде как предлагали?
Геращенко: Он же сказал Познеру: «Мне предлагали, я отказался».
Лобков: Да.
Геращенко: Почему?
Лобков: Почему?
Геращенко: Потому что мне же не назначили персональную пенсию из-за него, дурака. И зачем же ему потом получать неперсональную пенсию?
Лобков: Ну, до пенсии ему еще далеко.
Геращенко: Кто вам сказал? Могут же на пенсию отправить не только по возрасту, но и по здоровью.
Лобков: То есть эта должность расстрельная, вы считаете?
Дзядко: В смысле? Вам кажется, у него проблемы какие-то?
Геращенко: Ну, если он в Вашингтоне сделал такое глупое заявление, значит, у него проблемы.
Дзядко: В смысле, вы думаете, он сумасшедший?
Геращенко: Нет. Ну, зачем сумасшедший?
Дзядко: Но вы вот так вот сделали, это что значит?
Геращенко: Бывают сдвиги иногда. Как вчера говорил Познеру наш великий Леонтьев, «их называют просто идиотами».
Лобков: То есть на месте Медведева вы бы тоже Кудрина уволили, да?
Геращенко: За такие заявления, находясь в Вашингтоне, я бы его уволил, конечно.
Кремер: Хорошо. Но вы считаете, что Кудрин вообще себя исчерпал, или исчерпал себя только в качестве…
Геращенко: Какая кандидатская диссертация была у Кудрина?
Кремер: Какая?
Геращенко: О соцсоревновании. Он же не экономист, он счетовод — доходы и расходы.
Дзядко: А почему вы его так не любите, Виктор Владимирович?
Геращенко: А?
Дзядко: Вы говорите о нем практически с обидой. Почему?
Геращенко: С обидой?
Дзядко: Да.
Геращенко: Потому что я его знаю давно.
Дзядко: И чем он вас обидел?
Геращенко: Вот как вы относитесь к резервному фонду?
Дзядко: Я — абсолютно индифферентно.
Геращенко: А почему? Вы же кредитуете дырку Соединенных Штатов и даже их военные расходы. С помощью резервного фонда, средства которого вы вкладываете в обязательства США.
Лобков: Вы имеете в виду стабфонд?
Геращенко: Стабфонд, да.
Лобков: Не будь стабфонда, вероятно, Россия бы столкнулась с такими же курсовыми проблемами, с которыми она столкнулась в то время, когда вы были главой Центрального банка, разве нет?
Геращенко: А причем здесь стабфонд? Мы что, за счет средств стабфонда поддерживали курс, что ли? Поддерживали только за счет валютных резервов Центрального банка. Почему случился так называемый «черный вторник» в октябре 2004-го, а наш резерв оставался меньше миллиарда? А один сученок бегал в Пассаж и продавал, какой мы будем держать курс, мы его выгнали.
Дзядко: Это кто же?
Лобков: Можно подробнее вот про…
Геращенко: А зачем?
Лобков: А куда бегал?
Геращенко: В Пассаж напротив.
Лобков: Напротив Центробанка — Пассаж.
Геращенко: Ну, Петровский Пассаж.
Лобков: А что продавать ходил?
Геращенко: Какой курс будет держать Центральный банк.
Лобков: А, инсайдер?
Геращенко: Инсайдерская информация.
Дзядко: Слушайте, а скажите, если вернуться к Кудрину, вы на него обижаетесь за стабфонд?
Геращенко: Я на него обижаюсь за то, что он врет постоянно.
Дзядко: Кому?
Геращенко: Обществу. Зачем он говорит, что он вытащил ВВ в Москву? ВВ в Москву вытащил Яковлев. Он позвонил Бородину и сказал: «Возьми его от меня. Хороший парнишка, он мне не нужен». Все. А Кудрин чего на себя тянет одеяло, что я его взял в Москву в администрацию президента?
Дзядко: А как вам кажется, вот сейчас, когда Кудрин заявляет, что может быть посредником между Болотной площадью, митингующими и властью…
Лобков: Условной Болотной площадью.
Дзядко: Условно говоря, между митингующими и властью.
Геращенко: Вы знаете, он всегда стоял в раскоряку, но так широко он ноги не растянет.
Дзядко: А вы бы не могли быть таким посредником?
Геращенко: А зачем? Пусть каждый выражает свое мнение.
