Ситуация в городе неожиданно стала накаляться. За неделю новость распространилась повсюду, взволновав жителей. Все ждали, что же предпримут власти после их заявления. Некоторые люди считали, что стоит узаконить проведение исследований над магами и действовать открыто. Что страшного в том, чтобы мучить магов, если и их казнь считается нормой? Это ведь грешники, которых в любом случае необходимо наказывать.
Но нашлись и те, кого эксперименты возмущали. Одни руководствовались той логикой, что даже если Бог велел бороться с магией, то он все равно выступал за человечность, и это должно быть в приоритете. Однако о какой гуманности может идти речь, если над людьми издеваются? Другие и вовсе уже не верили в постулаты, считая, что запрет на магию придумали сами люди. Ивена была уверена, что с такой точкой зрения людей много, просто они прячутся и боятся высказываться и что-либо делать.
Власти однако не предпринимали ничего. Пусть они и утверждали, что не в курсе тайных исследований научного центра, но наказывать кого-то за подпольную деятельность не спешили. Этот факт возмутил многих еще больше.
Каждый раз Ивена, приходя на смену, надеялась, что станет свидетелем того, как нагрянет кто-то из органов правопорядка, арестует начальство и отпустит всех пленных магов, но этого, конечно, не происходило. Секретный блок по-прежнему охранялся, и даже никаких проверок не устраивали, что наводило на мысль, что власти все же что-то недоговаривают. Высшие органы явно в курсе всего происходящего, но не признают это.
Ивену расстраивало то, что проблему никак не удалось решить полностью. Вероятно, над магами продолжают издеваться. Работая на научный центр, Ивену гложело чувство вины, будто она вновь на плохой стороне. Закралась мысль, что и это место работы стоит сменить, но снова встал вопрос, на какое. Алирин испытывала похожие чувства, но успокаивала себя и Ивену мыслью о том, что все-таки они не содействовали напрямую проведениям экспериментов. Этим занимались другие люди. Но факт того, что это происходило в здании, где они работали, все же тревожил и не давал покоя.
Охрану научного центра усилили, что было сделано не зря. Отсиживая очередную смену, Ивена увидела, как к главному входу начала приближаться толпа. Люди что-то кричали и держали в руках плакаты.
— Это что еще за представление? — пробурчал коллега Ивены, вглядываясь.
Как только толпа подошла, послышались возгласы «Свободу невинным магам!». На плакатах тоже были размещены надписи, нацеленные на призыв к справедливости по отношению к магам.
— Так, я вызываю наряд полиции, — заявил напарник, тут же нажимая тревожную кнопку. — Эти придурки явно просто так не уйдут, а нас не хватит, чтобы их разогнать. Да и кто знает, что у них на уме? Наверняка среди них и маги есть. Вдруг нападут? Не будем соваться, пусть поорут. Скоро полиция им устроит.
Ивена с серьезным лицом кивнула, соглашаясь, но в душе ликовала. Если люди начали протестовать так открыто, это уже хороший знак. Значит, есть надежда, пусть и небольшая, что что-то все-таки поменяется. Однако долго митинг не продержался. Как и ожидалось, людей разогнали, а некоторых даже успели поймать. Ивене было искренне жаль их.
Ночью, предупредив напарника, она решила выйти на улицу. Свежий воздух заполнил легкие. Ивена осмотрелась. Полнейшее спокойствие царило вокруг. Даже и не скажешь, что еще днем тут протестовали люди. Ивена подошла к углу здания.
Мимо проехала машина, пропуская поток воздуха, из-за которого с земли подлетела какая-то листовка, закружилась и упала прямо перед ногами Ивены. Она опустила голову. На листовке крупными буквами виднелся заголовок «Магия — не грех», а снизу был текст. Ивена не сдержала любопытство и наклонилась, чтобы поднять ее и прочитать.
«Пусть рассеется плотный туман,
Что скрывает от многих людей:
То, что есть перед нами, — обман.
Все влияние ложных речей.
Но не верь всему, что говорят.
Верь лишь сердцу и делай добро.
Перемены уж близко стоят,
Серым ветром их к нам занесло.
Магия — это вовсе не грех.
Грех — других заставлять страдать.
Пусть однажды дойдет до всех.
И добро начнет побеждать».
Ивена, никогда не ценившая поэзию, вдруг прониклась этими строками. Какая-то надежда на что-то хорошее звучала в них. Кто-то ведь сочинил это и распространил, что служит еще одним доказательством того, что неравнодушные люди существуют. Те, кто знает, что маги заслуживают лучшей жизни, кто понимает, что грех заключается в другом, что бы ни гласили постулаты.
Сложив листовку в два рада, Ивена сунула ее в карман. Пусть и страшно держать у себя такое, но хотелось сохранить это напоминание о том, что действительно не все потеряно. Светлое будущее все еще может наступить. Если Ивена и Алирин приняли истину, значит, и другие смогут однажды. Такие ведь уже есть, и это не только сами маги. Есть шанс, что мир станет лучше и справедливее. Это точно произойдет не сразу, и наверняка путь будет непростым. Но главное, что он начался. Тропа протоптана, и можно смело по ней следовать, открывая новые горизонты. А там, возможно, и наступит счастье.