Морис завел машину, и они отправились в путь. Солнечный утренний свет еле пробивался сквозь наплывшие тучи. Жуя шоколадную конфету, Ивена глядела в окно.
— Куда едем-то хоть? — поинтересовалась она.
— Проспект науки.
Делая музыку чуть громче, Морис начал пританцовывать и немного подпевать какой-то незамысловатой песне, барабаня пальцами по рулю. Ивена считала подобную музыку глупой и слишком простой, хотелось чего-то потяжелее, чтобы аж кровь закипала от звучания электрогитары, сердце билось в такт барабанным ударам, а по телу разливались мурашки от мощного вокала. Но наблюдать за коллегой было забавно. К тому же в машине он хозяин, поэтому Ивена не возражала его вкусу.
— Как ты умудряешься по утрам быть таким бодрым и веселым? Не понимаю. Не сильно ты похож на того, у кого так много стресса.
— Хорошая музыка всегда бодрит и поднимает настроение. — Морис начал мотать головой в такт сильнее.
Спорить о том, что музыка, звучащая в салоне, не такая хорошая, Ивена не стала. Это бесполезно.
— Меня бы взбодрил кофе, но мне даже не дали его выпить. А я не выспалась ужасно.
Морис мельком окинул Ивену хитрым взглядом. Включил поворотник и вывернул руль, заезжая на соседнюю улицу.
— Что, веселая ночка была? — ухмыльнулся Морис. — Неужели кого-то себе нашла?
— Если бы. — Ивена повела бровью и откинулась сильнее на спинку сиденья. — Погода спать не давала.
Под разговоры они добрались к указанному адресу. Морис остался в машине, а Ивена вышла и направилась к двери. В домофоне даже не спросили, кто пришел, быстро открыли. Поднявшись на второй этаж, Ивена постучалась в указанную квартиру.
Тучная, но милая молодая женщина впустила Ивену, спешно здороваясь. По слегка опухшему лицу хозяйки было отчетливо видно, что она успела поплакать, пока ждала службу инквизиции. Женщина отвела Ивену в детскую комнату, где покорно сидел мальчик лет восьми, виновато потупив взгляд. Вокруг царил бардак из разбросанных игрушек.
— Как вас зовут? — спросила Ивена.
— Я Ланда Бруно, а это мой сын Рони, — ее голос дрожал от волнения.
— Очень приятно, госпожа Бруно. Расскажите подробно, что произошло.
Ланда обвела рукой всю комнату, указывая на беспорядок и вымученно вздохнула.
— Видите это? Еще утром в комнате был полный порядок, когда я собирала Рони в школу. Он сегодня все утро капризничал, потому что не хотел идти. Ну, знаете, обычное дело у детей. Когда маленькие, мечтают ходить в школу и быть взрослыми, а потом от этой школы носы воротят, уже и не надо им ничего, только бы играться да отдыхать… — Ланда прикрыла рот рукой, явно понимая, что свернула в рассказе куда-то не туда. — В общем, я строго сказала, что все равно придется учиться, и ушла на кухню. Рони начал сильно кричать, а потом я услышала грохот, но сын затих. Конечно, я испугалась, что что-то упало и пришибло, вернулась в комнату и увидела эту картину.
Женщина затихла, пытаясь взять себя в руки, чтобы не заплакать и не пуститься в истерику.
— И вы решили, что это проявление магии? — мягко подтолкнула Ивена к продолжению разговора.
Ланда молча кинула, все еще не в силах что-то сказать.
— Почему вы именно так подумали, а не допустили, что ваш ребенок просто все разбросал?
— Понимаете, — наконец-то вновь заговорила Ланда, — я же знаю своего сына. Если он шкодит, то потом обычно смотрит на меня с видом победителя. Но сегодня он смотрел напугано. И не на меня, а на бардак. К тому же он не мог своими руками за несколько секунд развести такое безобразие. Я сразу заподозрила, что это телекинез, поэтому позвонила в службу.
— Я вас поняла, госпожа Бруно. Благодарю за сведения, сейчас я проверю поле комнаты.
Женщина отошла к своему сыну, который за все это время не издал ни звука, прижала его к себе. Ивена тем временем достала из сумки детектор магии, вытянула короткую антенну и запустила прибор. Экран включился, показывая шкалу от нуля до десяти. Нажав на еще одну кнопку, Ивена увидела, как стрелка сразу же поднялась высоко.
— Девять целых и пять десятых, — констатировала Ивена. — Большое значение указывает, что выплеск магии произошел здесь недавно, поле подверглось излучению. Вынуждена признать, что вы правы, Ланда. Ваш сын является магом.
Слова прозвучали как приговор. Очевидно, в глубине души женщина надеялась, что ее подозрения окажутся ложными, но инквизитор подтвердила причастность сына к грешным силам.
— Мама?
Мальчик посмотрел на Ланду и увидел в ее глазах слезы, которые ей уже невозможно было сдерживать. Вид плачущей матери еще больше обеспокоил его. Несколько секунд потребовалось, чтобы осознать случившееся, и Рони мгновенно бросился в истерику, заныл и начал рукой бешено стучать по полу.
— Я не хочу! Не хочу быть магом! — вопил ребенок. — Мама! Мамочка! Я не хочу!
— Нет, сынок, нет! — с надрывом в голосе воскликнула Ланда. — Только не махай руками, я тебя прошу!