Он, она и его друг. Банальный любовный треугольник накануне свадьбы… Это пошло? Это сложно. И в то же время просто. Но, чтобы понять это, герои должны разобраться, что есть предательство, большое или малое, где истина, а где ложь и кто на самом деле в этой сказке Прекрасный принц. И что ценнее — внезапно вспыхнувшая искорка чувства или долгая, прочная связь? Ответ, казалось бы, очевиден. Но что, если это чувство и есть любовь? Ведь только настоящая любовь способна привести к счастью…
— Саманта, милая, что на этот раз с тобой случилось?
Интересно, как у Эда получается впрыскивать столько яда в вопрос, который в принципе должен выражать заботу?
— Сэ-эм…
Ну да, он ждет объяснений. Он считает, что по любому поводу может потребовать от нее объяснений. Впрочем, надо признать, у него есть для этого некоторые основания.
И все же Саманте было не по себе. Она чувствовала себя девчонкой-подростком, которая держит ответ перед строгим папашей. Вряд ли это правильно, если речь идет об отношениях двух взрослых людей. Мужчины и женщины. Да что уж там, почти что супругов…
— Ничего страшного, всего лишь потянула связки.
— Потянула связки?!
— Эд, ты прекрасно меня слышал. Может, предложишь мне присесть?
Эдмонд молча встал и усадил ее на стул рядом с собой. Саманта демонстративно стала натягивать длинный рукав вязаного кардигана поверх эластичного бинта. У нее получалось не особенно хорошо, но надо же было чем-то заняться…
— Извините, ребята, я опоздал! — к столику подоспел Джастин.
Саманта улыбнулась: Джастин замечательный. Кроме того, он единственный, кто может защитить ее от Эда. По крайней мере, отвлечь его внимание.
— Ничего страшного, я сама только что пришла. И уже получаю нагоняй от Большого Папочки.
— А, ну это в порядке вещей! — Джастин подмигнул ей. — Кто-нибудь заказал что-нибудь поесть? Я умираю с голоду, на работе был убойный день. Кстати, с чего такая помпезность? Поход в ресторан посреди рабочей недели? Устрицы и шампанское, я так понимаю, здесь в ходу?
— Мы хотели сообщить тебе одну новость в торжественной обстановке, — отозвался Эд. — Ты ведь в прямом смысле — самый близкий друг семьи…
Он многозначительно замолчал. Эдмонд обожал намеки. Саманту же паузы в его речи уже на второй месяц знакомства стали немного раздражать. Потом она привыкла.
Рядом с их столиком возник официант, лицом неуловимо напоминающий креветку. А есть ли у креветки лицо?
— Вы уже готовы сделать заказ, леди и джентльмены? — поинтересовался он с приторной улыбкой.
Эдмонд заказал — он ведь пятнадцать минут листал меню до ее прихода. Саманта повторила его заказ. Джастин наугад ткнул пальцем в меню. Попал на пресловутых устриц.
— Так, на чем мы остановились? Кажется, на какой-то новости? — вспомнил Джастин.
— Да. На том, что ты — близкий друг семьи…
Снова пауза. Саманта не сдержалась — фыркнула.
— В чем дело, милая?
— Пылинка в нос попала, милый.
— Ребят, вы что, собираетесь создать семью? — ошалело спросил Джастин. — Я правильно понял?
— Да, — с гордостью провозгласил Эдмонд и пожал пальцы Саманты.
Это была пострадавшая рука, поэтому Саманта невольно вскрикнула от боли.
— Господи, Сэм! Тридцать три несчастья…
— Можно было бы просто сказать «извини», — заметила Саманта и спрятала многострадальную ладошку под стол.
— Можно было бы воспитать в себе хоть чуточку здравого смысла и завязать с этим нелепым хобби, пока не покалечилась.
— Эд, Сэм, позволю себе напомнить: вы женитесь… — Джастин попытался вернуть разговор в позитивное русло. — Мои поздравления!
Он сказал последние слова с живейшим энтузиазмом, но радостнее атмосфера за столом не стала. Не помогло и шампанское, которое официант разлил по бокалам. Саманта дулась, Эдмонд сердился на нее. Даже звон бокалов прозвучал как-то дисгармонично и тускло.
Хороша картинка. Нечего сказать, счастливые жених и невеста.
— Итак, дружище, ты наконец-то решился на такой серьезный шаг… — Джастин, похоже, собирался сегодня весь вечер играть роль миротворца. В дипломаты ему надо было податься. Зарабатывал бы неплохие деньги, ездил бы по миру, спал с самыми красивыми женщинами. А так… — Что тебя подвигло?
— Думаю, мама, — обронила Саманта.
Свела на нет все усилия Джастина. Ну прости, друг.
— При чем здесь мама? Мама, может, вообще всегда была против наших отношений, если ты не знала!
— Тем не менее ей хочется видеть своего взрослого сына семейным человеком, — резонно заметила Саманта. — И она, наверное, рассудила, что если нас разводить, а потом ждать, пока ты еще кого-нибудь найдешь, то ты состаришься…
— Сэм… — укоризненно протянул Джастин.
— Я не желаю больше этого слушать. — Эдмонд скомкал салфетку, порывисто встал и ушел. Не совсем — в туалет.
Саманта прикрыла глаза здоровой рукой.
— Прости, Джастин, не знаю, что со мной творится. Кошмар какой-то…
— Ничего, Сэм, у тебя ответственный период в жизни, много нервов. Скоро это пройдет. Жизнь войдет в свою колею.
— От твоих слов впору завыть. Ты же знаешь, что для меня это самое страшное.
— Ты потому и злишься на Эда?
— Да, наверное…
— Он тебя любит, Сэм. Ты его тоже. Все образуется. Что с твоей рукой, кстати?
— Ничего серьезного, растяжение. Повредила на занятиях.
— Каких именно — по стрельбе, дзюдо, альпинизму?
— Альпинизму.
— Воды хочешь? Вон и Эд идет…
Ну почему бы Эду не быть таким же классным и понимающим парнем, как Джастин? Саманта вздохнула.
Эдмонд молча уселся на свое место.
