Я в таких делах мало смыслил, но подозревал, что если уж человек делает что-то от чистого сердца, то усилить магией этот эффект невозможно.
— Отец, — сказал я, — Если есть на примете хороший маг, который зельями интересуется… Пусть заглянет поскорее в пещеру, и, думаю, заработаешь немного.
Телега нам очень помогла, и мы, собрав в пещере самые ценные куски, отвезли их к дому Эрика. Как оказалось, в пылу схватки я не рассмотрел, что в пещере попалась и парочка насекомых другого вида… Кто это был, теперь понять было трудно, но части от их тел я прихватил, надеясь потом разобраться.
Виол всё не понимал, зачем нам столько добычи, но я надеялся, что смогу найти хорошего кузнеца, который превратит эту груду осколков карапакса в настоящие доспехи.
Бард не сомневался, что такие кузнецы-маги существуют, он и сам знавал таких в Моредаре… Но Виол не был уверен, что такой мастер найдётся именно в Камнеломе, далеко не самом большом городе Троецарии.
Лука с Анной, внучкой камнетёса, с круглыми глазами наблюдали, как мы сгружали из телеги и таскали в дом добытые в бою трофеи. Бам-бам обеспокоенно принюхивался к останкам насекомых, а подоспевший Кутень рычал, мысленно досаждая мне.
— Хам-хам-хам! — хлестал он недовольным рыком, — Сам-сам-сам!
Он злился и на то, что я подвергал себя такой опасности, и на то, что не взял его с собой… кхм… подвергаться такой опасности. Дежурство церберу изрядно надоело, и я заметил, что он уже только и подумывал, как бы пофилонить. От такого стражника толку было мало, и я решил, что в следующую вылазку возьму его с собой.
Надо сказать, панцири двух главных и самых крупных тварей я перевёз из пещеры едва ли не целиком… По частям, естественно. Но комната, выделенная нам стариком, на глазах захламлялась и уже не могла многого вместить. До этого из всех наших вещей в углу скромно лежал лишь мешок с таинственным семенем, но теперь его и захочешь, не разыщешь в частях тел насекомых.
Поняв, что спальня не лучшее место для хранения добытого, у хозяйки в счёт будущей оплаты я выпросил ещё и кладовку. После долгой ругани и попыток Инги отказаться от будущей оплаты я смог-таки заполучить ещё помещение, пристроенное к дому.
Сама Инга сразу же стала суетиться возле бани, с помощью детей быстро натаскав воды и затопив печь. Её саму чуть удар не хватил, когда она увидела, в каком виде явились мы с бардом…
Так теперь ещё и комнату следовало отдраить, из которой мы перетаскали добычу уже в кладовку. Я ещё некоторое время стоял посреди помещения, глядя на пятна чёрно-жёлтой крови на полу, и раздумывая, как именно должен поступить Светлый в этом случае.
Тёмный-то, понятное дело, развернётся да уйдёт. Но Светлому совесть не позволит… Поэтому, раздобыв ведро и тряпку, я решился впервые за долгие восемнадцать лет сам помыть полы.
Потом всё это увидела Инга, и… кхм… оказалось, варварские руки были немного к этому не приспособлены, «не туда прикручены, и росли не из того места»…
В общем, получив от хозяйки тряпкой по бросскому чутью, я поспешил в Виолу в баню, который уже давно там отмокал и никакими угрызениями совести даже не мучился…
— Громада, — прищурился тот, когда я влез в парилку и там сразу стало тесно, — Ты слышал, что совесть — это связь с богами?
— Ну?
— Ну вот как свяжутся, так и будешь суетиться…
Я лишь усмехнулся и тоже уселся на полок. Уф-ф, расщелину мне в душу! Хорошо как… и странное вообще это дело.
Всеволод Десятый не простил бы к себе такого отношения, чтобы его отругала простолюдинка, без капли магии в крови… Но я понял, что вообще не испытываю злости к старой хозяйке, лишь благодарность.
Непривычно это было бывшему Тёмному Жрецу, когда к тебе со всей душой… Когда-то я любил порабощать души, а тут её добровольно сами распахивали, я же распахивал в ответ свою — и вся наша борьба сводилась к тому, кто больше друг другу услужит.
Больше всего раздражало, что хозяйка и сама оказалась рада, когда вонючие и грязные куски насекомых перекочевали из чистых комнат в кладовку. Но она боялась причинить неудобства спасителям её внучки, хотя со стороны так не выглядело… Уж за словом она в карман не лезла.
И всё же я заметил, что впервые за долгое время чувствовал покой. Никакой большой город с его суетой не дарил этого тёплого ощущения, как маленькая деревушка, где уже абсолютно все жители знали, кого мы с бардом завалили в шахтах «старого Ивана с краю», и что именно мы везём в телеге к Эрику. И всё заглядывали, будто бы случайно проходя мимо калитки, да заходя к Инге «за солью»…
Я и сейчас слышал и видел через глаза цербера, что они живо обсуждали произошедшее, пялясь на Бам-бама, резвящегося во дворе с детьми.
Кстати, у хозяйки я выпросил ещё и несколько чистых склянок, куда смог сцедить яд, а потом пристал к ней с расспросами, где тут местные целители и знахари добывают свои травы.
Следующим ингредиентом была весьма распространённая «сон-трава», и мало кто догадывался, в каком мощном заклинании она может применяться.
