– Нет. Это решение я принял после того, как высшие силы, другой причины я не вижу, спасли меня во время взрыва. Это приказ свыше. Живи. Чтобы жить, надо быть полезным. Нельзя идти против воли творца.
– Мне нравится, как ты думаешь, – выслушав пленника, проговорил майор. – Но у меня нет связи с Гаей.
– Отправьте меня туда, где она есть, но я буду разговаривать только с императором.
– Император очень занят, и ты можешь умереть раньше, если не представишь его шепчущим какие‑либо гарантии и доказательства ценности своей информации.
– Мои знания очень ценны и пригодятся империи. Я не собираюсь умирать, но если это случится, то, значит, такова моя судьба. Смерть – это не конец пути. Прозябать в этом мире я не буду. Да поможет мне творец.
Самум закрыл глаза и, опустив голову, начал шевелить губами, будто молился.
– Сегодня я отправлю тебя туда, где есть связь с Гаей.
– Думаю, что вы поступаете очень верно, – без подобострастия, с достоинством ответил пленник. – Хочу надеяться, что за это решение вы тоже будете вознаграждены императором.
– Мы только слуги Единственного, – несколько высокопарно произнес майор. – Судьба каждого из нас в его руках. Я делаю только то, что должен.
– Этот человек имеет слово для императора, – сообщил он двум вошедшим штурмовикам. – Накормить. Поместить в безопасное место. Охранять. Выполнять только мои распоряжения. Он ни с кем не должен говорить и к нему никто не должен приближаться. Его жизнь – это ваши жизни. Мой приказ записан.
– Будет исполнено, мазан майор, – ответил старший из штурмовиков.
– Выполняйте.
Конвойные надели на Самума наручники, вывели из палатки. Вскоре все трое оказались внутри бронированного шестиколесника. Посреди палаточного лагеря это действительно было одно из самых безопасных мест. Машина сразу сорвалась с места и начала движение. Езда с постоянными поворотами и сменой скоростей продолжалась около получаса. Наконец машина замерла, и мотор был выключен.
– Где мы? – поинтересовался диверсант.
– Там, где нас трудно найти, – ответил старший штурмовик.
– Моя жизнь – это ваши жизни, – напомнил пленник.
– Показать ему? – спросил второй конвойный.
– Отлично, – одобрил Самум задумку конвойных. – Может, теперь снимете наручники. Мне отсюда бежать некуда.
– Пристегни его за одну руку, – приказал старший, одновременно наводя на пленника автомат, пока напарник, сняв один из браслетов, защелкнул его за металлический упор кресла, в котором сидел Самум.
– Спасибо.
Конвойные не ответили. Младший вернулся к наблюдению за окружающим пространством, старший не сводил глаз с пленника.
– Я немного посплю, – устраиваясь поудобнее в жестком кресле, сообщил диверсант.
Уже через несколько секунд он безмятежно спал. Операция развивалась в нужном направлении, а силы еще могли пригодиться.
– Куда мы едем? – задал он вопрос, но не получил ответа.
Старший конвоя сидел за управлением машины, младший сосредоточенно вглядывался в прицел управления стрельбой. Шестиколесник, набирая ход, двинулся к известной только его экипажу цели.
Самум сосредоточился на восприятии пространства за бортом. Вскоре стало понятно, что машина держит курс в район старого космопорта, который в прошлое посещение Сохара они уничтожили, взорвав на его территории топливный транспортер.
