— Интересно, — вдруг подумал он, — а я действительно эту фигурку случайно выбрал, или подсознательно уже тяну между нами какие-то интимные ниточки? Похоже, меня и вправду зацепило.
Рассуждать дальше было некогда.
— Ну, ладно, — сказал он Марине, — мне еще минута нужна с Саймоном договориться и расплатиться. Потом давай остальные старые посмотрим несколько минут и пойдем. Хорошо?
— Саймон, ты что предпочтешь — кредитную карточку или чек?
— Давай чек. Я же тебя знаю, а с карточки мне еще процент за услуги платить.
Он быстро выписал чек, а Саймон стал упаковывать нэцке в изящную японскую коробочку. Они тем временем, плечо к плечу, так, что ее волосы щекотали ему щеку, передавая друг другу лупу, разглядывали остальные фигурки из коробки, и он рассказывал ей, кто эти два борца сумо, что означает скелет в шляпе и с посохом, почему так популярны были в Японии изображения лягушки, и больше всего не хотел, чтобы она отстранилась.
— Ну вот, — Саймон протянул ему аккуратно увязанную коробочку. — С хорошим прибавлением к твоей коллекции. Будет еще что-то для тебя — дам знать. А девушка пусть и сама заходит, если понравилось. Подберем что-нибудь для начинающих. Счастливо!
Он с некоторым сожалением пододвинул коробку с недоставшимися ему фигурками Саймону, непринужденно приобнял Марину за плечи, и они пошли к выходу.
— Ну как, понравилось? — спросил он, когда они оказались на улице и руку ему пришлось убрать.
— Потрясающе! — искренне произнесла она и, сама плотно взяв его под руку, спросила: — А теперь куда?
Он посмотрел на часы.
— Ничего себе! Мы за разговорами до пол-шестого вечера догуляли. А нам еще обратно к конгресс-центру на банкет. Опаздывать не опаздываем, но я бы взял такси прямо сейчас, тем более что уже час пик и могут быть пробки.
— Ну давайте... — как ему показалось, не слишком охотно согласилась она.
Он остановил такси и сказал, куда ехать. Машина тронулась. Они сидели на заднем сиденье, касаясь друг друга бедрами, и слушали доносящуюся из приемника музыку. Он узнал Стинга и сам для себя неожиданно произнес:
— «Гои сидят и слушают Стинга».
— Ого! Вы и это знаете? Впечатляет!
— Чего только в голову не набьется за мои годы! — с грустью сказал он.
— Ну, уж насчет «годов» не надо на комплимент набиваться! — Она вдруг положила свою ладонь на его и даже слегка погладила: — Вы точно такой же, каким я вас еще по тем семинарам помню!
— Если бы... — вздохнул он.
Под все того же Стинга и незатейливый разговор они приближались к конгресс-центру. Он вдруг сообразил, что коробочка с нэцке так и лежит рядом, и неуверенно спросил:
— Марин, я только что подумал, что мне с этой упаковкой на банкет как-то не сподручно идти. Ты не против, если мы сначала в мой отель заедем — оставить. Он недалеко от места, где нас автобусы будут забирать. Занесем в номер, водички попьем и пойдем... Ты как?
Она как-то замялась, и он вдруг почувствовал, что во рту пересохло.
— Хорошо, — через несколько секунд произнесла она. — Если ненадолго.
Они вышли из такси. Он взял ее за руку, как будто боялся, что она передумает и сбежит, и они молча поднялись на лифте в его номер. Он открыл дверь и пропустил ее вперед.
— Ты посиди минутку, — он показал ей на кресло у окна, — а я нэцке разверну и на стол выставлю, чтобы потом еще полюбоваться. Попить хочешь чего-нибудь после наших гуляний? В мини-баре чего только нет.
— Если можно, — улыбнувшись, сказала она, — я бы наоборот. Так что разрешите мне вашей ванной воспользоваться после тех же гуляний.
— Господи, конечно! Все что угодно!
Он сделал приглашающий жест рукой в сторону ванной и почувствовал, как эта ее казалось бы вполне нормальная просьба вдруг создала между ними атмосферу почти семейной интимности.
Она заперлась в ванной, а он так и стоял посередине комнаты и растерянно соображал, как быть дальше.
— Черт! Я уже даже и не очень помню, как себя вести в такой ситуации. Мне бы лет двадцать долой — я бы прямо сейчас к ней в ванную и вломился или, как только выйдет, — сразу в охапку. А теперь? Еще даст по морде старому козлу и что тогда? У обоих после такого хорошего дня настроение испорчено. Но и чтобы она уходила, я не хочу. Да и она вроде на меня с интересом смотрит... Ну и как же…
Додумать он не успел, поскольку она вышла из ванной, подошла почти вплотную и выжидающе посмотрела на него:
— Ну что? Ваши планы насчет банкета не изменились?
Он, уже который раз за день, посмотрел на часы.
— Да все равно у нас до автобусов времени еще вагон. Куда спешить? Давай еще тут посидим, поболтаем. Я тебе еще про нэцке расскажу...
На лице у нее промелькнуло какое-то странное выражение. Она молчала.
Боже мой, что я несу, при чем тут нэцке? Ведь она так же хорошо понимает, что тут происходит, как и я сам. Каким же идиотом я ей сейчас кажусь. Надо просто обнять ее и все!
Но без слов у него не получалось
— Слушай, ты извини меня ради бога, но можно я у тебя одну очень персональную вещь спрошу?
— Спрашивайте, — негромко ответила она.
И он бросился в воду.
