– Имейте в виду, барон, – опять усмехнулась Хельга. – Если у вас ничего не выйдет с карьерой и не получится брака с вашей любимой, я готова занять ее место. И мне нужно не ваше высокое положение, достаточно будет вас самих. Я для вас, конечно, старуха, но это только пока. Через несколько лет разница в возрасте никакой роли играть не будет. Что такое восемь лет, когда их впереди две сотни?
– Я это запомню, – ответил он. – Но учтите, что я вам ничего не обещаю. Ко мне может приехать еще одна девушка, которой я не обещал ничего, кроме помощи. Но у нее тоже надежды...
– Вы честны и надежны, сильны и красивы, – грустно сказала Хельга. – Стоит ли удивляться тому, что к вам липнут женщины? Большинство из них ищет в мужчинах именно эти качества. А если вы еще добьетесь богатства и власти, возле вас будет не протолкнуться от поклонниц. Хотя я и тогда попытаюсь.
– Вы что-то ищите? – спросил Баум. – Не столько читаете, сколько перелистываете. Помощь не нужна?
– Ищу образ пострашнее, – ответил Клод, – но пока ничего интересного не нашел. Наверное, придется ограничиться демоном.
– Ничего не понял. Зачем вам страшилки? Кого вы ими собираетесь пугать?
– Кого получится, – засмеялся юноша. – У меня не очень хорошее положение, Джед. Силы больше, чем у других, а использовать ее опасно. Помните, сколько у меня было огня?
– Еще бы! – ответил Баум. – До сих пор завидно.
– Нечему там особо завидовать, – сказал Клод. – Для меня огонь – это последнее средство, когда уже нечего терять. Сожгу всех, до кого смогу дотянуться и останусь без силы. Будет еще заморозка, но она хорошо действует, если вложить всю силу двух других потоков. Нанесу огромный ущерб и останусь без силы. Если после этого не все разбегутся...
– И вы хотите пугать, – понял маг. – Подействует ли?
– В Альфере подействовало, – улыбнулся Клод. – Больше сотни человек так драпанули... А там ведь было много молодых мужчин. Ментальную магию почти никто не принимает всерьез из-за того, что у всех есть от нее амулеты, а очень сильных магов, способных их продавить, единицы. А раз есть амулет, а ты видишь крысу, значит, крыса настоящая.
– Вы говорите о той крысе, о которой мне рассказывали? – спросила Хельга. – Почему ее образ не использовать второй раз?
– По двум причинам, – ответил он. – В Альфере было много женщин, а у мужчин почти не было оружия. Да и не было у них никакой необходимости собой рисковать, вот и убежали. А если у них будет приказ и оружие в руках, могут и не убежать. Тогда им не понадобится много времени, чтобы понять, что крыса живет только в их воображении. Кроме того, мы из Альфера уехали не сразу, и кто-то мог это сделать раньше и разнести эту историю. Нет, нужно что-то такое, против чего бесполезно оружие. Страх должен лишать рассудка, тогда может что-то получиться.
– И вы выбрали демона, – кивнул Баум.
– Больше ничего не приходит в голову, – признался юноша. – От тигра воины не разбегутся. Мне несложно создать пентаграмму вызова, а потом поместить в нее образ демона. Для достоверности могу даже произнести формулу вызова. Все равно, пока не вставлю координаты нужного мира, это работать не будет. Но их отсутствие заметить очень сложно, а демон будет у всех на виду.
– Тут я вам не помощник, – сказал Баум. – Листал когда-то «Демонологию» и смотрел картинки. Формулу вызова не помню, да и координаты миров... Зачем забивать себе голову ненужными сведениями? У нас церковь прямо не запрещает вызовы, просто относится к такому с неодобрением, но дураков, желающих связываться с демонами, мало. Если они появляются, то, как правило, долго не живут. Какого демона вы выбрали? Можете показать?
– Самого страшного из тех, кого запомнил. Смотрите, – Клод вызвал иллюзию огромного, в полтора человеческих роста мужчины, до невозможности мускулистого, с красной кожей. Вид был такой, как у человека, с которого содрали кожу. Лицо походило на человеческое, только нос был плоский и в два раза шире, под ним находились толстые губы, а передняя челюсть сильно выдавалась вперед. Довершали облик красные глаза, огненно-рыжие курчавые волосы и большие оттопыренные уши.
– Ничего себе! – потрясенно сказала Хельга, уставившаяся на вздыбленное мужское достоинство демона. – А зачем на конце шипы?
– Я воспроизвел то, что было на картинке, – смутился юноша. – Этот демон страшен и очень силен, в том числе и своей магией, но было написано, что они не отличаются свирепостью. Маленькие лафреи куда опаснее, но они могут напугать только тех, кто об этом знает. У остальных не вызовут ничего, кроме смеха.
– Это хорошо, если вы разгоните противников, не причиняя никому вреда, – сказала Хельга. – Все равно потом будет разбирательство, и мне будет гораздо легче оправдаться. У нас ведь и графиням рубят головы. Хочу только предупредить... Как только мои родичи или кто-нибудь из их чиновников узнают, откуда вы прибыли, они вам непременно нахамят. Вы должны быть к этому готовы и правильно ответить.
– И что будет считаться правильным ответом? – спросил Клод. – Как маг, я не могу их вызвать на дуэль. Или могу?
