Кивнула, сделала глубокий вдох и убрала руки от лица. Пора брать себя в руки и готовить пирог. Чем быстрее сделаем, тем быстрее пойдём спать. Взглядом невольно зацепилась за крепкие мужские руки. Вот спала бы в его объятиях, не пришлось пироги печь. Тяжело вздохнула и пошла смотреть на тесто. Всё лучше, чем на эти манящие бицепсы пялиться.
Даниил с охотой помогал мне ночью готовить пирог. И шкафы мы вместе домыли, а потом помог подняться, точнее, снова на руках донёс. Только в комнату не хотелось. Там кровать неудобная с этими чертовыми подушками, на которых не усну опять. Вот я невольно и вцепилась в Даню, чтобы не отпускал меня.
Когда он опустил меня на кровать, я свои руки разжимать не собиралась. Не пущу! Иначе снова пойдём готовить, но вслух угрожать не стала, всё-таки он мой босс.
— Мне остаться?
Зажмурилась, чтобы не видеть никого, и кивнула. Страшно было. Вдруг всё равно уйдёт.
— Двигайся.
Не ушёл. Он не ушёл!
Кажется моему счастью не было предела и теперь я рисковала не уснуть по другой причине: слишком взбудоражена таким открытием, но стоило Дане лечь рядом, а моей голове удобно устроится на его плече, как я тут же провалилась в сон.
Ни единорогов, ни красивых мужчин нынче в моём сне не было. Я вообще не помню, чтобы что-то снилось, зато, когда проснулась, было так хорошо, как будто я снова в детстве. На дворе Новый год и меня под ёлкой ждёт подарок. Мы жили скромно, но бабушка всегда заботилась, чтобы у меня был подарок, и вот сначала я распаковывала его, радовалась новой кукле, книге или диску с мультиком. А потом радостная бежала на кухню и ела холодец на завтрак. Вы представляете — холодец на завтрак! М-м-м, что может быть лучше?
Хотя о чём это я, вот так просыпаться с Даней мне нравится гораздо больше, чем новогодний подарок и холодец на завтрак. Губы растянулись в широченной улыбке, глаза открывать не стала, кое как со своей ногой перевернулась и уткнулась в Даню. Определено это лучше холодца.
Повела носом по его груди, жалея, что на нём одета футболка. От этой проскочившей в моей голове мысли, щёки тут же вспыхнули, но отогнала смущение подальше, хотя бы на то время, пока Даня спит и не знает, что я тут носом о него трусь. Просто он такой приятный, что сложно оторваться.
— Проснулась уже? — раздался над головой хриплый голос.
Дёрнулась в попытке побега, но кто бы меня пустил. Удержали и прижали.
— Куда убегаешь, ночью, наоборот, отпускать меня никуда не хотела.
Ой, стыдно как! Я же и правда вцепилась в него и не отпускала. Отвернуться тоже не дали. Даня ласково погладил меня по щеке.
— Удивительная ты, Ядвиг. То прёшь как танк, то смущаешься по пустякам.
Сказал и в лоб поцеловал. Коротко, нежно. Только дотронулся губами и отстранился, а я зажмурилась, руки в кулак сжала — страшно стало, что это всё мне только снится.
Проснусь одна где-нибудь в холодной коммуналке, и в реальности не будет ни Дани, ни наших ночных пирогов. И как мне потом жить, если я, оказывается, в этого сноба успела влюбится.
Я же ещё ни разу не влюблялась. А если я всё испорчу? С моим-то невезением обязательно всё испорчу. Или вдруг Даниил очухается, поймёт, что от меня одни проблемы и сдаст обратно. Мне же больно будет. Наверное. По крайней мере, в книгах и фильмах всегда страдают после расставания.
С этими мыслями и хорошее настроение быстро улетучилось. Кулаки разжала, глаза открыла и уставилась в потолок безразличным взглядом.
— Дань, — голос предательски дрогнул, ну и пусть. Мне на самом деле страшно. Я впервые после смерти бабушки начала чувствовать, что не одна, что кому-то есть дело до меня, — а мы же типа встречаемся, да? Ну там отношения и всё такое.
— Почему «типа»? У нас вполне реальные отношения. Даже живём вместе, а это, знаешь, ого-го как серьёзно.
От последней фразы хмыкнула, но весёлости не было. Слишком много страхов одолевали меня.
— А ты напишешь инструкцию? — звучит ужасно глупо, сама понимаю, поэтому и спешу пояснить. — Я её внимательно прочту, а не как прошлый раз, честно-честно. Это на случай, чтобы я что-нибудь не испортила, и ты не передумал жить со мной.
Такого, кажется, Даниил совсем не ожидал. Молча завис, даже не шевелился. Я тоже замерла — неужели успела уже всё испортить? Зачем ему девушка, с которой нянчиться придётся. Губу закусила и стала выжидать, сама не знала, чего: инструкций или что всё-таки пошлёт.
Не послал. Инструкции не выдал. Перевернулся на бок, нависая надо мной и с беспокойством посмотрел прямо мне в глаза.
— Удивительная ты.
— Глупая?
— Нет, — Даниил ласково провёл по моей щеке кончиками пальцев, от этой незамысловатой ласки я готова была замурлыкать от удовольствия, но взгляд Дани оставался по-прежнему серьезным. — Наивная.
— Неправда, — скрестила руки на груди и голову отвернула.
— Ядвиг, это не плохо. Ты неповторимая в своей наивности, естественности, доброте.
Он снова, едва касаясь, провёл по щеке, и я повернула голову к нему.
— Правда?
