— Где она! — рявкнул я на членов экипажа, которые находились на палубе.
Я был так взвинчен, что готов был их разорвать на месте. Увы, но «радар» на помощь мне не пришёл — она, как обычно, надела глушилку.
— Поспешите! — послышался крик с капитанского мостика. — Она в первой каюте! Возможно, вы ещё успеете с ней попрощаться… — с прискорбием сообщил капитан.
Что он несёт? Какое ещё успею попрощаться?
Я ворвался в каюту, где лежала Николь, которая уже была практически вся синяя от яда, что успел так сильно распространиться по организму…
Господи! Паника попыталась заполнить всё моё сознание, ведь она выглядела хуже, чем мертвецы, которых я поднимал в качестве марионеток. А рана на плече продолжала медленно кровоточить. Дима! Соберись! Рана неглубокая! Вот почему она так долго продержалась. Я тут же бросился к ней, выхватывая из сумки связку с дарами «исцеления».
— Николь! Николь! — я вложил монеты ей в руку, — Слышишь меня? Лечись! Немедленно!
Девушка хоть и лежала с приоткрытыми глазами, но у меня сложилось такое впечатление, что она уже меня не слышит. Чёрт! Что же делать? Я никогда не бывал в похожих ситуациях…
— Врач! На судне есть врач? — повернувшись, я бросился к капитану, который как раз заглянул в каюту.
— Есть, но он уже обследовал девушку и не смог ничем помочь, — попытался вразумить меня капитан, — Её отравили очень серьёзным ядом, кровь не останавливается… Пока она была в сознании, мы использовали все артефакты «лечения» и как могли поддерживали её, но увы…
— Знаю, ведите его сюда… — процедил сквозь зубы я, — Не теряйте время…
— Хорошо, — он кивнул, — Как скажете…
Я и сам прекрасно понимал, что дело дрянь. Сорвав с груди кулон с глушилкой, мне открылась ещё более ужасающая картина. Грёбаный яд, словно вирус, распространился по всему организму. Когда Макаров ранил меня, я провёл операцию практически молниеносно, а здесь… Рана? Нет, это даже не рана, скорее царапина… Удивительный яд, который, получая доступ к крови, регенерировал сам себя, распространяясь по организму жертвы всё больше и больше, в буквальном смысле замещая собой всю кровь, с которой сталкивался.
— Потерпи, — я поправил волосы на голове девушки, — Скоро всё пройдёт, вот увидишь…
Я понятия не имел, что буду делать. В голове крутилась лишь одна мысль, я должен привести её в сознание, тогда у нас будет ещё немного времени, пока все мои артефакты «лечения» не будут использованы. Ещё одна надежда была на «дары» регенерации. Они у меня не слабые, должны хоть чем-то помочь, а дальше будем думать!
— Вызывали? — позади появился мужчина лет тридцати с кожаным коричневым чемоданчиком, внутри которого были слабые артефакты лечения, все они уже были пустыми.
— Приведите её в чувства, — приказал я стальным голосом, — Делайте что хотите, но она должна очнуться.
Мужчина, увидев, в каком я состоянии, сглотнул, но всё же прошёл в каюту и присел на противоположную кровать. Он начал копаться в своём чемоданчике, выуживая оттуда фонарик и какие-то медикаменты.
— Вариант есть, — врач посмотрел на меня неуверенным взглядом, словно решал, стоит ли мне такое говорить, но потом всё же решился. — Вот, — он вытащил на свет флакончик с прозрачной жидкостью внутри. — Этот эликсир «непоколебимости», его используют на передовой, когда речь идёт о жизни и смерти…
Оказалось, что речь шла о боевом стимуляторе, разработанном специально для военных. Врач всячески пытался до меня донести, что таких более не выпускают, мол, ингредиентов уже давно не осталось и что он чрезвычайно дорого стоит. Я же, в свою очередь, пообещал ему, что если Николь сейчас умрёт, пока он тут со мной торгуется, то он отправится вслед за ней. После чего подобные вопросы сразу же отпали. Надо же быть таким козлом, чтобы в такой момент устраивать торги за эликсир. Нет, я его, конечно, понимал, она для него никто, и он уже вынес свой вердикт, но всё же…
Откупорив флакончик, он влил эликсир в рот девушке и попросил меня придержать её, потому что понятия не имел, что будет дальше.
