Анна ничего на это не сказала, лишь прижалась ко мне крепче. Не знаю почему, но даже без слов я понял, что она таким образом пыталась меня поддержать и сказать, что всё будет хорошо. Я видел, как её энергетический силуэт словно расцветал, когда она находилась около меня. Что же… Это мне хорошо знакомо, но если сравнить с той же Валерией, то у неё он намного ярче, чем у баронессы.
Я тоже приобнял графиню, и мы просто стояли так несколько минут, после чего Макеев всё же не выдержал.
— Барон… — он осторожно, тихим голосом привлёк моё внимание, подняв указательный палец вверх. — Есть много всего, что я должен вам сообщить…
— Не сомневаюсь, — я взял Анну за плечи и слегка отодвинул, посмотрев в глаза. — Нам надо спешить, ещё успеем друг другом налюбоваться…
Слушать Макеева прямо сейчас я не стал. Не то время, и не то место. Как это ни прискорбно, но случился самый неприятный сценарий. Макаров мог быть где угодно и даже в этом броневике. Какой же неудобный всё-таки противник. Как теперь ходить в туалет?
Я засмеялся.
— Дима? — Анна удивилась. — Ты чего?
— Да так, — я отмахнулся от неё. — Макаров, сволочь, теперь даже в туалет без магии света не сходить.
Выдав шутку, я замолчал и выпучил на Анну глаза. Твою же мать! Ну, конечно же! Свет! Какой же я тугодум! Ведь свет убирает тени, и тогда он не сможет в них прятаться! Я стиснул кулаки от досады. А Макеев с Анной переглянулись с опаской, потому что не понимали, что у меня творилось в голове.
Кое-как успокоившись, я приказал собрать всех Карамазовых в обеденном зале. Во-первых, надо было разобраться с любимой тётушкой. Не знаю, получится ли у меня это, но попытка не пытка. Для этого я собирался использовать Беса, Макеева и Эрнеста Павловича. Посмотрим, может быть, мне удастся ещё и коснуться Людмилы Михайловны, чтобы установить всех участников покушения. А во-вторых, я собирался спрятать их всех подальше от Макарова. Соорудить что-то вроде бункера, в котором они будут сидеть до тех пор, пока я с ним не расправлюсь.
Насчёт самого бункера у меня тоже были кое-какие идейки, так что если он туда сунется, то сильно об этом пожалеет…
Дальше гостиница превратилась в настоящий муравейник. Я совсем забыл, что имею дело с аристократами, а это настоящая головная боль. Пока слуги всех разбудили, пока ввели их в курс дела… А потом началось самое утомительное: нельзя же появиться в обеденном зале в ночнушках! Нет! Нужны платья, желательно свежие, костюмы, да и про детей нельзя забывать. Так рано никто из них никогда не вставал, поэтому большинство мелких буквально рыдали и протестовали, отказываясь подчиняться. Если ад существует, то он открыл свой филиал в этой гостинице. Я даже пожалел, что решился на такой отчаянный шаг.
Постепенно в обеденном зале становилось многолюдно. В основном все крутились вокруг израненной Людмилы Михайловны. Тварь, когда она уже успела себя так измордовать? Изрезанное платье, кровоподтёк из носа и серьёзный шрам на лице. Удивительная женщина, она даже лицо умудрилась себе порезать ради такого дела. А ведь когда я улетал, на ней и царапины не было, не считая красного следа на шее, который ей оставил Макаров.
Дамы окружили её, охая и ахая. Один из родственников принёс лечебный артефакт с даром «лечения» со светлой руной, но его очень быстро задвинул Иван. Что он там ему шепнул, не знаю, но родственник очень быстро растворился в толпе. Похоже, спектакль продолжался, но уже с другими действующими лицами. Что же, у меня тоже такой имелся.
— Да? — я взглянул на Беса, всё ещё не пришёл в себя.
Слетав за ним, я вытянул парализующий шип и залечил ему все раны. Всё-таки дар «лечения», который можно использовать на других, весьма ценная вещь. Теперь я знаю, что попрошу у Николь, когда та выйдет из больнички.
— Анна! — воскликнул Павел Аркадьевич Карамазов, двоюродный брат графа, когда ворвался в зал. — Что произошло? Мне нужны подробности!
— Павел Аркадьевич, — Анна посмотрела на него строгим взглядом. — Всем нужны, будьте, пожалуйста, терпеливее…
Павел Аркадьевич и правда сильно разволновался, но, как отставной военный, он сразу всё понял и замолчал. А затем он увидел меня…
Кажется, я зря уселся за один из столов, но по-другому я не мог контролировать Беса, который сидел прямо за окном с даром «маскировки» пятого уровня и ждал моей команды. Показывать его здесь я тоже раньше времени не собирался. Людмила Михайловна могла его помнить, а значит, никакого элемента неожиданности не получится.
— Доброй ночи, — он подошёл ближе и слегка поклонился. — Я составлю вам компанию?
— Я не возражаю, — я ответил ему лёгким поклоном.
— Ну и ночка, не правда ли? — он тяжело вздохнул. — У меня сложилось такое впечатление, что форт в последнее время стал притягивать только плохие события.
— Думаете? — я вопросительно приподнял бровь.
