Неугомонная покойница полностью

– Матушка! – воскликнул он в притворном шоке, но я не могла отделаться от ощущения, что он в самом деле потрясен. Притворный шок скрывал настоящий.

– Ты пригласил нас поехать в тот винный магазин в заранее условленное время, а внутрь с нами не пошел, потому что согласовывал свои действия с ними в переписке, ведь так?

Он пожал плечами.

– А несколько дней спустя ты позвонил мне и повторил ложь, которую тебе озвучили, – о том, что видел Лору Дюваль и Вивиан Дэвис вместе возле магазина Бетти. Потому что, естественно, ты не мог их видеть. Ты не представляешь, как сильно это затормозило мое расследование. Я не сомневалась в существовании Лоры, потому что мне в голову бы не пришло, что мой собственный сын будет активно сбивать меня со следа. Ты даже заставил меня включить громкую связь, чтобы распространить эту ложь как можно шире. Это заставляет меня задуматься, соблазнили ли тебя Вальтер и Вивиан одними лишь деньгами. Я не удивлюсь, если они пригрозили обнародовать какую-то информацию о тебе… – Питер попытался встрять, но Дороти подняла руку. – Ничего не хочу знать!

– Почему Вивиан ничего не сказала обо всем этом? – удивилась Лейла.

– Потому что она пообещала, что, если я выполню ее просьбу, она не будет меня впутывать во всю эту затею, – пояснил Питер. – Ну, могу сказать, что она сдержала свое слово. – Он повернулся к матери. – Не бывает стопроцентных негодяев, знаешь ли.

– Я прекрасно понимаю это, – печально молвила Дороти. – Может быть, получше многих. И вот что я скажу, потому что это единственное утешение, которое я могу тебе подарить, каким бы холодным оно ни было: есть разница – причиняешь ты боль и вред членам твоей семьи или совершенно незнакомым людям. И то, и другое отвратительно, но когда ты переходишь от первого ко второму… Тогда ты понимаешь, что достиг дна. Пожалуйста, Питер, не дай этому случиться, умоляю тебя.

– Прости меня. – На этот раз его слова прозвучали искренне. – Просто дела шли совсем наперекосяк, и я…

– Питер. – Она положила ладонь ему на руку. – Я устала. Это были изматывающие несколько дней. – Она издала сухой смешок. – На самом деле, последние несколько лет выдались изматывающими. Тебе нужно самому разобраться в своих проблемах. Самостоятельно. Я не собираюсь тебе помогать.

– Не собираешься? – недоверчиво переспросил он.

– Однозначно не собираюсь. Знаешь, что я сделаю вместо этого?

Питер покачал головой.

– Я пойду домой и вернусь к работе. И предлагаю тебе сделать то же самое. – Ладонь Дороти соскользнула с руки сына, и она направилась к двери. – До скорого.

Я не пошла за Дороти, как остальные. Теперь Приемная действительно опустела, и я стояла, глядя в окно, как это делала Дороти. Кристал-ривер, как всегда, неспокойная, деловито катила мимо меня свои пенистые воды, но я не могла отделаться от ощущения, что в ее нескончаемом движении есть что-то неумолимое. Я представила, как тело Полы Фитцджеральд несут к Кристал-Лейк такие непримечательные явления, как сила тяжести и течение…

Зажужжал телефон – пришло сообщение от Лейлы: «Где ты?»

«Извини, – написала я в ответ, – мне просто нужно немного успокоиться, доберусь на “Убере” до Д чуть позже».

А в Сакобаго, штат Мэн, вообще есть «Убер» и такой, чтобы быстро приехал? Я понятия не имела.

«Точно? Уверена?»

«Абсолютно. До скорого».

Потребовалось около минуты, чтобы из многоточий в окошке ее сообщений возник текст. Я легко представила, как они совещаются в «Линкольне», гадая, не случилось ли у меня нервного срыва или чего-то в этом роде.

«Ты уверена, что с тобой все в порядке? Это Д спрашивает».

Лейла смягчила послание с помощью эмодзи, чьи глаза направлены вверх и вбок. Еще в 2003 году (когда люди только начинали использовать смайлики, состоящие из знаков препинания) я торжественно поклялась самой себе, что никогда не буду использовать какие-либо графические изображения в своих письменных сообщениях. В противном случае я бы отправила в ответ смайлик, который одновременно плачет и смеется, что, безусловно, стало бы подходящим ответом.

«На сто процентов, – написала я. – Меня просто осенила куча идей, я делаю заметки и не хочу прерывать поток вдохновения».

Как я и ожидала, Лейла поняла намек, и ничего не написала в ответ. Я еще несколько минут смотрела в окно, но только потому, что хотела дать им время уехать. Затем я зашла в туалет в коридоре – тот самый, из которого я подслушала разговор Евы Тёрнер с Натаном Ислингтоном. Если бы я тогда не пошла в уборную, случилось бы хоть что-нибудь из того, что произошло в реальности? Вивиан и Вальтер упаковывали бы купальники для поездки в Рио, а я бы уютно устроилась на мягком диване с Дороти, перекидываясь идеями, как будто в руках мы держали ракетки, а не ноутбуки.