— Она пара Доминика — это все, что мне нужно знать, — сказал Трей. — И всегда будет возможность того, что опасность надвигается на нас, потому что всегда будут экстремисты. Вот причина, по которой ни один перевёртыш в здравом уме никогда не начнёт войну с ублюдками. Вы не можете убить предрассудки. К сожалению, это будет существовать всегда, а это значит, что всегда найдутся люди, которые захотят действовать в соответствии с этим. Война привела бы только к бессмысленным смертям, не более того.
Алекс кивнул.
— Движение в любом случае хорошо справляется с экстремистами. Количество нападений резко снизилось, и экстремисты потеряли значительную поддержку со стороны себе подобных. Со всей той пиар-работой, которую проводят группы перевёртышей, люди и перевёртыши сосуществуют более мирно, чем когда-либо прежде. Но, как ты сказал, предубеждения будут всегда. Проблема Дина с моей сестрой может заключаться в том, что он что-то имеет против манулов.
— Я не увидела от него никаких предубеждений, — сказала Мила. — Он был просто… нормальным.
— Волк сказал, что Дин наблюдал за тобой, — отметил Алекс. — Это не совсем нормально.
— Это не обязательно означает, что он думал о чем-то плохом, — сказала Мила. — И не мог бы ты, пожалуйста, называть Доминика по имени?
— Нет.
Именно в этот момент Тейт вернулся в комнату, убирая телефон в карман.
— По словам Арчи, Дин Симмонс является частью прайда Берч, который находится не более чем в миле отсюда.
Винни поднялся на ноги.
— Тогда давай нанесём ему визит. Я не буду звонить его альфе заранее, ведь мы не хотим предупреждать Дина о нашем приезде. Я позвоню тебе, как только свяжусь с ним, Мила.
Все остальные встали, и Валентина подошла к Миле. Ещё раз, обняв её, Валентина сказала:
— Я знаю, тебе тяжело оставаться позади. Но все пройдёт более гладко, если ты не будешь находиться в поле зрения этого мужчины, который назначил цену за твою голову.
Мила тяжело вздохнула.
— Я знаю, но…
— Четыре раза, Мила, — сказал Джеймс. — За короткий промежуток времени тебя четыре раза чуть не убили. Сжалься над нашими сердцами и дай нам отдохнуть от тревог.
Когда Валентина не стала спорить, удовлетворённо кивнула и похлопала Милу по руке.
— Я упакую кое-что из твоих вещей и принесу их сюда. — Она повернулась к Трею. — Мне нужна любая информация, которая у вас есть о создателе веб-сайта. Мои братья заставят его заплатить — это я вам обещаю.
Приняв объятия от каждого из своих товарищей по прайду, Мила последовала за ними к входу в пещеру и помахала им на прощание. Она напряжённо стояла в объятиях Доминика, прислонившись к нему, когда он крепко держал её сзади.
Он уткнулся носом ей в шею.
— Я знаю, ты зла на меня за то, что я попросил тебя остаться. Я даже не виню тебя за это. Но я не могу смотреть, как тебе снова причиняют боль, Мила. Я просто не могу этого сделать.
Оттаяв от измученных ноток в его голосе, она с тяжёлым вздохом повернулась в его объятиях.
— Я знаю. Но для того, кто хочет, чтобы я отдохнула, ты определённо не даёшь мне уснуть. Я не жалуюсь, потому что твой член довольно выдающийся, когда его используют с толком. Я просто указываю на лицемерие здесь.
Его губы изогнулись.
— На этот раз я не буду к тебе приставать. Я просто буду обнимать тебя, пока ты спишь.
— Или ты мог бы пойти поработать силовиком, а не просто лежать со мной, сходя с ума от скуки.
Не то чтобы ей было легко заснуть, несмотря на то, как она устала. Она была на взводе, пока Винни не позвонил ей с новостями о Дине Симмонсе.
— Нет ничего скучного в том, чтобы обнимать свою пару. Кроме того, мне нравится смотреть, как ты спишь. У тебя самые странные выражения лица, вроде как у твоей кошки.
Переплетя их пальцы, Доминик снова повёл её по туннелям. Когда он собирался повернуть, чтобы попасть в свою спальню, ему в голову пришла мысль.
— Ты голодна? Мы не съели то, что оставила для нас Грейс.
— Сэндвич был бы очень кстати. Я слишком устала, чтобы справиться с большим количеством еды.
— Значит сэндвич.
Сменив направление, он повёл её на кухню. Грейс, Рони, Маркус и Трик собрались за длинным столом, их взгляды были прикованы к мобильному телефону Рони. И каждый из них выглядел так, словно проклинал синюю полосу.
— Скажи мне, что я слышу не голос Эммета Пирсона, — прорычал Доминик.
Рони постучала по экрану своего мобильного, и звук отключился.
— Я бы хотела, если бы могла. Мы просто смотрим кадры с пресс-конференции, которую он проводил возле полицейского участка.
Доминик стиснул зубы.
— Дай мне посмотреть.
— Я включу сначала, — сказала Рони.
Доминик и Мила стояли позади остальных, пока волчица проигрывала отснятый материал с самого начала.
На экране сверкали камеры, и люди выкрикивали вопросы Пирсону. Он стоял во весь рост, выражение его лица было серьёзным, глаза холодными.
