Каждый раз, когда звонил телефон Милы, Доминик напрягался, и она знала, что он ожидал, что это Джоэл; ожидал, что другой мужчина заявит, что хочет Милу. Хотя она сомневалась, что это когда-нибудь произойдёт, Доминик не был так уверен. Он также не был уверен, что им стоит выходить сегодня вечером, но Мила решила прекратить это. Он бы спрятал её в ящик для носков, если бы мог.
— Мы все согласились, что это правильный ход, — напомнила она ему.
Сидя на кровати, он наблюдал за ней задумчивыми глазами.
— Это не значит, что мне это должно нравиться.
Подойдя к нему, Мила оседлала его колени и сцепила пальцы у него на затылке.
— Я знаю, почему ты беспокоишься, и я это понимаю. Но моя кошка грызёт удила. Она долго не протянет, если я буду держать её взаперти здесь. Не думай, что я не чувствую, насколько нервный и беспокойный твой волк, Доминик.
Её кошка была такой же. Она была очень капризной, набрасывалась на Милу и практически на всех, кто подходил слишком близко.
— Мы причиняем вред нашим животным, держа их здесь.
— И мы можем причинить им боль, если пойдём.
Мила вздохнула. Было трудно злиться на него, когда она чувствовала его напряжение так же легко, как и своё собственное. Сила, с которой она ощущала отголоски его эмоций, со временем возрастала, и она знала, что запечатление близко к формированию. Почти ощущала его обещание.
— У нас уже был этот разговор в офисе Трея, — сказала она. — Все проголосовали за то, чтобы мы продолжали жить как обычно, начиная с моего выступления в клубе сегодня вечером.
— Не все. Я проголосовал за то, чтобы мы дали этому ещё неделю. Эммет…
— Я хорошо понимаю, что в конечном итоге он нанесёт удар тем или иным способом. Однако я не уверена, что он сделает это с помощью экстремистов.
— Я уверен. — Доминик положил руки ей на спину и притянул ближе. — Эммет обвинит нас в том, что сделала Розмари, и он этого так не оставит. Экстремисты подобны заряженным пистолетам, и Пирсон может легко направить их в нашу сторону. Раньше он использовал СМИ, чтобы разозлить их. Они ещё не начали действовать, но, вероятно, просто выжидают своего часа и, вероятно, по его приказу.
— Возможно. Но мы не можем так жить, Доминик. — Она обхватила его лицо руками. — Давай придерживаться того, о чем мы договорились ранее. Мы всплываем, даём ему возможность нанести удар любым способом, который он выберет, а затем разбираемся с ним — мы покончим с этим раз и навсегда.
Доминик стиснул зубы.
— Мила…
— Маловероятно, что он будет действовать сегодня вечером. Он захочет заставить нас поверить, что у него нет намерения нападать на нас. Таким образом, мы ослабим бдительность и упростим ему задачу. Но мы этого не сделаем. Мы будем готовы.
— Кроме того, люди не могут войти в клуб, если у них нет пары с перевёртышем, поэтому экстремистам никак не проникнуть внутрь. Вот почему я не думаю, что Трею, Тарин и Данте нужно идти с нами сегодня вечером, но я не буду сопротивляться. Алекс и мои родители присоединятся к нам позже, помнишь? В клубе я буду в безопасности.
Доминик моргнул.
— В безопасности? Не так давно на тебя там напала шакалиха.
— Награды больше нет и я не верю, что Дин все ещё представляет угрозу. Награда была не из-за меня. Она была из-за Адель и Джоэла. Если этот засранец попытается войти в клуб, швейцары все равно его задержат. Харли показала его фотографии всему персоналу. — Мила легонько поцеловала Доминика. — Все будет хорошо. И ты знаешь, тебе нравится смотреть, как я выступаю, развалившись в VIP-зале.
Крепко сжав её бедра, Доминик пригвоздил её взглядом.
— Я не буду ждать тебя в VIP-зале. Я буду с тобой в гримёрке, а потом подожду за кулисами, пока ты будешь на сцене, чтобы я мог быстро добраться до тебя, если понадобится.
Подавив желание закатить глаза, она сказала:
— Хорошо, если тебе от этого станет лучше.
— Что заставит меня чувствовать себя лучше, так это вернуть тебя сюда, в эту постель, и вонзить в тебя свой член.
— Так романтично.
Он только хмыкнул.
На её лице появилась улыбка.
— Ты милый, когда угрюмый.
— Я не угрюмый, — отрезал он, звуча… ну, угрюмо. В этом случае он потерял почву под ногами. С подавленным вздохом Доминик встал. — Ты готова?
— Я готова.
Как и планировалось, альфы и Данте поехали с ними в клуб. Мила все время держала окно опущенным, наслаждаясь ощущением свежего воздуха на лице, вдыхая его так, словно она месяцами была заперта в бункере.
Не имело значения, что территория стаи Феникса была огромной и мирной. Простое осознание того, что она не может покинуть территорию, постепенно сводило её и её кошку с ума. Именно поэтому она предложила пойти в клуб сегодня вечером. Выступление не только помогло бы ей расслабиться, но и избавило бы её от чувства удушья. Она никогда не чувствовала себя свободнее, чем во время выступления.
Когда они, наконец, остановились у клуба, Мила подняла бровь, глядя на Доминика.
— За нами никто не следил?
Он покачал головой.
— Нет.
