— Привет, незнакомка, — сказал Джоэл, ухмыляясь. — Не видел тебя, по крайней мере, неделю. Я зашёл забрать Адель с работы, поэтому решил заглянуть поздороваться.
За что Мила была благодарна, так это за то, что Джоэл, в отличие от большинства членов прайда, не работал на этой улице. Если бы это было так, то, вероятно, он заглядывал бы довольно регулярно. Адель работала в ломбарде через несколько магазинов от парикмахерской, но посещала её редко. Также помогло то, что они жили в собственном доме, в отличие от многоквартирного дома Милы, где проживали многие члены прайда.
Он бросил короткий взгляд на Адель, отметив, что она все ещё увлечена разговором с Ингрид, а затем снова повернулся к Миле.
— Обратила внимание на цветы? — прошептал он.
Да, Мила увидела огромный красивый букет, который несла Адель.
Все ещё тихим голосом он продолжил:
— Я ушёл на вечер с парнями и вернулся только в пять утра следующего дня, хотя я сказал ей, что буду дома не позже полуночи. Она была в ярости. — Его брови нахмурились. — Если честно, она была вне себя от ярости — на грани чрезмерной реакции. Серьёзно, можно подумать, что я провёл ночь в стрип-клубе или что-то в этом роде.
Мила нахмурилась.
— Не думаю, что я когда-либо видела Адель в ярости, только счастливой.
— Ну, она недолго злиться, но, конечно, может поорать. В последнее время у неё ужасное настроение. Малейшая мелочь выводит её из себя. Если бы не тот факт, что я не почувствовал на ней запаха беременности, я бы подумал, что она в положении. — Он пожал плечами, и его улыбка вернулась. — К счастью, она обожает розы — они всегда выручают меня из беды.
Мила заставила себя улыбнуться. Он часто рассказывал ей о своих отношениях с Адель, и такие разговоры никогда не были весёлыми.
— Как ты думаешь, может быть, ты могла бы поговорить с ней и проверить, все ли с ней в порядке? — спросил Джоэл. — Она чего-то недоговаривает, и я беспокоюсь о ней.
О чёрт, он не мог просить её об этом.
— Мы с Адель не близки, Джоэл. Если у неё какие-то проблемы, я не та, с кем она, скорее всего, поделится ими. Я уверена, она расскажет тебе, когда будет готова.
Его плечи опустились.
— Да, ты права. Мне не следовало просить тебя вмешиваться, прости. Как я уже сказал, я просто беспокоюсь о…
Он нахмурился, его взгляд остановился на её руке, когда она подняла её, чтобы убрать локоны с лица.
— Что это? — Он схватил её за руку, его челюсть напряглась. — Ты написала номер парня на своей ладони? Подожди, это не твой почерк. — Ноздри Джоэла раздулись. — Кто он?
Отдёрнув руку, Мила беспечно пожала плечами.
— Клиент. Его зовут Доминик Как-то Там.
— Кто он? Человек? Кот?
Она вздохнула.
— Он волк из стаи Феникса. Силовик.
На его лице промелькнуло узнавание, и Джоэл скрестил руки.
— Доминик… Да, я помню его по битве. Ты же не хочешь связываться с этим волком, Мила. Он очень напоминает мне твоего бывшего, Гранта. Непревзойдённый ловелас. Ты можешь добиться большего. И давай посмотрим правде в глаза, стая Феникса не из тех перевёртышей, с которыми кому-либо стоит знакомиться слишком близко. Их альфа становится диким во время битвы, а его пара просто сумасшедшая.
— Мы кошки манулы, Джоэл и, действительно, не в том положении, чтобы судить других по уровню их сумасшествия.
— Так ты собираешься позвонить этому парню Доминику?
Она могла сказать, что ему не понравилась эта идея, но это была не ревность — просто желание защитить близкого друга.
— Нет, я не собираюсь.
Он тяжело вздохнул.
— Хорошо. Это было бы все равно, что снова встречаться с Грантом, так что ты уже точно знаешь, чем это обернётся — полным дерьмом.
Как раз в этот момент к ним подошла Адель с ослепительной улыбкой. У хорошенькой голубоглазой блондинки действительно был вид соседки.
— Привет, Мила, как дела?
— Отлично, спасибо. Ты? — Чёрт, это было тяжело.
— Лучше не бывает. — Она взяла Джоэла под руку. — Мы просто собираемся перекусить китайской едой по дороге домой. Передай от меня привет своим родителям.
— Хорошо.
Её кошка шипела и плевалась до тех пор, пока пара, наконец, не покинула магазин. Да, Россия и Максим выглядели лучше с каждой минутой.
Свернувшись калачиком в кресле, Макенна вздохнула, глядя на свою пару, когда ставила кружку на маленький столик рядом с собой.
— Я просто говорю, стричь ногти в пятницу — плохая примета. — Она подняла руки в жесте невинности. — Я не придумываю правила вселенной. Я всего лишь посланник.
Мускул на щеке Райана дрогнул, и его рука крепко сжала пульт от телевизора.
— Но это не правило вселенной. Это нелепое суеверие.
— Я не знаю, почему ты произносишь «суеверие» так, словно это ругательное слово.
— Я не знаю, почему ты не можешь просто быть нормальной и принять, что это чушь собачья.
— Знаешь, что я только что услышала? «Бла-бла-бла, я говнюк».
