«Росс, сегодня звонил тот самый парень, Драммонд».
«Да?»
«Он собирается провернуть все сегодня ночью. Его клиент за все заплатит… Пять тысяч долларов, если они поймают Хэлси с украденными акциями. Что скажешь?»
«Какая ты добренькая, а, Белла?» — отозвался Ватсон.
— Господи! Да вы все сговорились! — воскликнул Хэлси и, пошатнувшись, тяжело упал в кресло. — Я уничтожен. Мне конец!
— Подождите, — перебила Констанция. — Есть еще один звонок. Он может объяснить, почему нынче вечером удача была на моей стороне. Я приготовилась к игре.
«Да, миссис Ле Мар, — раздался из механизма еще один странный голос. — Для мистера Ватсона мы сделаем все, что угодно. Что требуется, колода стрипперов?»
«Да. Тузы помечаются с концов, короли — с боков».
Все нетерпеливо посмотрели на Констанцию.
— Я выяснила, что это звонок от мастера, который изготавливает все необходимое для шулерской игры, — объяснила она, выключив прибор. — Они заказывали у него колоды, помеченные так, чтобы игрок легко мог вытащить нужные карты. Так называемые стрипперы. На таких колодах делаются маленькие клинообразные полоски на краях — на всех картах, кроме тузов. В результате тузы на крохотную долю дюйма выделяются из остальных карт. Колода была подготовлена очень тщательно. Закругленные края заново обрезали, чтобы они казались с виду такими, как остальные. Когда карты тасовали, тузы слегка выдавались под краями других карт. Сдающему было нетрудно вытащить столько тузов, сколько надо, при тасовании и сунуть их вниз колоды, а потом, когда понадобится, вытащить. Стрипперы — один из новейших методов шулерства, потому что обычные крапленые карты уже устарели. В некоторых колодах тузы помечены полосками на концах, а короли помечены с боков. Как видите, при такой колоде ничего не подозревающему игроку запросто могут сдать королей, тогда как у его противника на руках будут тузы.
Драммонд попытался сделать хорошую мину при плохой игре. С приглушенным проклятьем он снова повернулся к Ватсону:
— Что за вздор! Акции, Ватсон! Где акции, о которых тут говорилось?
Миссис Нобл, забыв обо всех, кроме Хэлси, побледнела. Белла Ле Мар, теребившая в руках свой кошелек из золотой сетки, вдруг испустила изумленный вопль:
— Посмотрите! Они все чистые… Все акции, которые он мне дал!
Драммонд грубо выхватил бумаги у нее из рук.
Там, где полагалось быть подписи, ничего не было! А через всю поверхность листа тянулась четкая надпись «Образец акции», выведенная угловатым женским почерком.
Что все это значило?
Хэлси, удивленный не меньше остальных, машинально повернулся к Констанции.
— Прошлым вечером я рассказала вам не все, — отрывисто заметила она. — Но я с самого начала подозревала, что тут собрались не просто профессиональные игроки. Я всегда внимательно наблюдаю за женщинами, которые мурлычут: «О, моя дорогая!» У таких женщин часто бывают острые коготки. Поэтому я внимательно наблюдала, а сегодня кое-что выяснила… Выяснила, что вы, мистер Драммонд, всего лишь шантажист и используете этих шулеров, чтобы те выполняли за вас грязную работу. Хаддон, они бы выбросили вас, как выжатый лимон, как только у вас закончились бы деньги. Они приняли бы взятку, предложенную Драммондом за акции, — и преспокойно оставили бы вас гнить в тюрьме. Я узнала обо всем этом с помощью телеграфона. Изучив их методы, я узнала многое, но даже я не смогла бы предотвратить ваш проигрыш этим вечером…
Хэлси шевельнулся и настойчиво спросил:
— Но как же насчет акций?
— Акций? — неторопливо ответила Констанция. — А вы когда-нибудь слышали, что написанное хинолином сперва становится голубым, а потом исчезает, тогда как написанное азотнокислым серебром и аммиаком сперва не видно глазу, а несколько часов спустя чернеет? Вы подписали эти акции симпатическими чернилами, они со временем исчезли, а я надписала их теми чернилами, которые вскоре проявились.
Миссис Нобл тихо заплакала. У шулеров все еще остались расписки ее мужа.
Хэлси, увидев ее слезы, мгновенно забыл про свои заботы. Что можно было для нее сделать? Как ее спасти? Не думая больше о себе, он умоляюще взглянул на Констанцию. Та теребила провод телеграфона с таким видом, словно маленький механический детектив мог хранить и другие секреты.
— Драммонд, — многозначительно сказала она, — вы не думаете, что ради вашей репутации детектива вполне можно было бы замять это дело?
Мгновение Драммонд боролся со своим бешенством и, похоже, раздумывал, не уничтожить ли запись его беседы с Беллой Ле Мар. Наконец он угрюмо буркнул:
— Пожалуй.
Констанция протянула руку к своей связке ключей и медленно отцепила от нее обычный магнит.
— Если я проведу им по проводам, — намекнула она, поднеся магнит к катушкам, — запись будет стерта. — Выразительная пауза. — Отдайте мне векселя миссис Нобл. Между прочим, вы могли бы отдать мне и акции. Теперь от них нет никакой пользы.
Выложив бумаги на стол перед собой, она добавила к ним и старые поддельные акции из кармана Хэлси. Вот они все — компрометирующие, гибельные улики.
