Интервью, съемки, концерты… Жизнь шла своим чередом. И даже в более стремительном темпе, чем прежде. Развод олигарха Шухова с известной певицей Лиалиной наделал много шуму, что создавало свои преимущества. Популярность Лии возросла, и она пользовалась этим. И сейчас она давала интервью известному телеканалу, народ хотел знать, как негодяй Шухов подло ее обокрал. Лия пускала слезу, но краски особо не сгущала. Она не должна была оскорблять Артема: это могло ей выйти боком.
Устала она подбирать правильные слова, утомило ее общение с тележурналистом. Поэтому больше никаких дел. Домой, домой… Там она примет душ, приготовит пару коктейлей, припудрит носик и будет сама себе приятная.
Она уже подходила к своей машине, когда ее окликнули.
– Госпожа Шухова? – осведомился приятный мужской голос.
Лия остановилась, испуганно обернулась. Вдруг это киллер?
На нее смотрел парень в строгом черном пальто. Ухоженный, со стильной прической.
Звук «гэ» он произнес мягко, протяжно. Именно так говорят на Кубани. Лия сама намучилась, пока научилась выговаривать этот звук чисто по-русски твердо. Парень был один, без сопровождения, но ведь он же не просто так здесь появился. Судя по выражению лица, он не собирался выказывать свое восхищение творчеством Лиалины и брать у нее автограф. И оружия, чтобы убить, у него не было. Значит, нужно рассматривать третий вариант.
– А где Игнат? – спросила она.
– Игнат?! – заметно сконфузился парень.
– Да, Игнат. Паустов Игнат. Он же тебя прислал?
– В общем, да…
Лия торжествующе усмехнулась. Этот молодец хотел произвести на нее впечатление своей важностью и строгостью, но сам попал впросак. Обескуражила его Лия, и это приятно было осознавать.
– Вот я и спрашиваю, где он?
– Ну, если у вас есть желание встретиться с ним…
– Есть, – Лия взглядом показала на свой «Порше». – Куда ехать?
– У нас своя машина, – парень кивнул на «Мерседес» представительского класса.
– Куда ехать?
– Ресторан «Старый дуб».
– Игнат сейчас там?
– Он подъедет. Как только, так сразу…
Лия подъехала к ресторану сама. Ее проводили в отдельный кабинет, сразу же подали кофе и мороженое. Именно такой кофе она заказывала, когда впервые пришла сюда с Игнатом. И мороженое то же самое. Лия улыбнулась. Оказывается, Игнат все помнил. А как иначе, если он любил ее?
Игнат не заставил себя долго ждать. Он изменился за десять лет. И повзрослел, и даже постарел. Вроде бы и представительный у него вид, но кожа темная, как у колхозника. От долгого труда под солнцем кожа не только темнеет, но и преждевременно стареет. И кожа Игната была ярким тому подтверждением. Но глаза у него молодые. Стройный он, подтянутый, стремительный – тут ничего не изменилось. Взгляд невозмутимо спокойный, тяжелый, но не давящий и не равнодушный.
– Ты хотела меня видеть? – Вопрос прозвучал негрубо, почти вежливо, но при этом Игнат даже не поздоровался, не говоря уже о том, чтобы поцеловать руку.
– Вообще-то ты меня сюда позвал, – мило и без претензий улыбнулась Лия.
– После твоего разговора с Игорьком, – сказал Игнат, усаживаясь за стол.
– Игорек так раскабанел!
– Ест много, живет хорошо.
– А ведь он когда-то был таким же стройным, как ты.
– Я землю пашу, весь жир под плуг уходит, – совершенно серьезно сказал Паустов.
– Ну, не своими же руками пашешь?
– За лошадью, конечно, не хожу, но трактор вожу. И на тракторе сам, и на комбайне. Ты же знаешь, какое училище я оканчивал. Тракторист-механизатор широкого профиля.
– Очень широкого профиля. Широко, говорят, размахнулся.
– Да как-то само все пошло.
– Пошло, поехало, разогналось… А я тебя искала. В этом ресторане была, о тебе спрашивала. Тебя здесь никто не знает.
– Кто раньше работал, тот знает. А таких уже нет. Люди приходят, уходят, все течет, все меняется. Никто и не вникает, кому что принадлежит. И мне до этого ресторана дела не было.
– Осетра, говорят, всего выловили.
– Говорят… Я так понял, у тебя проблемы.
– Ну, ты должен знать. Говорят, пишут, – Лия очертила пальцем круг над головой, обозначая таким образом информационное пространство всей страны.
– Знаю… Я бы тебя не бросил. И детей бы не забрал, – с полной серьезностью, но сухо сказал Игнат.
– Ну так то ты.
– Я тебя любил.
– Что, больше не любишь? – лукаво улыбнулась Лия.
Она готова была принять его обратно, и на этот раз навсегда. Именно эта мысль и сквозила в ее манящем взгляде.
– Зачем я тебе нужен? – невозмутимо спросил Игнат. – Мне нужен конкретный ответ.
– Я хочу вернуть детей.
– Коротко и ясно, – кивнул он. – И чем я могу тебе помочь?
– Не знаю…
– А я должен знать?
– Не должен. Но ты все можешь, ты сильный. Для тебя нет невозможного. И ты всегда побеждаешь.
– Не всегда. С тобой я проиграл, – спокойно, без намека на трагедию сказал Паустов.
– Я бы так не сказала…
– Но больше не проиграю.
– Да, мы бы могли начать все с белого листа… – начала Лия, но Игнат ее перебил:
– Значит, тебе нужны твои дети?.. Что я могу сделать? Поехать в Лондон и отбить твоих детей силой? Это нереально.
– А если постараться…
– Это все, что ты хотела?
– Нет.
– Еще что?
– Ты знаешь что… – Лия потупила глазки.
