Финикияне, следовавшие за войском в торговых целях, собрали выступавший сок мирры и на своих вьючных животных увезли огромные тюки ее. Так как стволы были очень велики и с них сок никогда не собирался, добыча была, конечно, очень богатой. В пустыне было также много благовонного нарда, который тоже собирали финикияне; проходившие войска растоптали много растений, и от этого по всей местности широко распространилось благовоние, так велико было их количество… Отсюда пошли через страну гедрозиев по трудной дороге, испытывая во всем тяжелый недостаток, особенно в воде для войска. Пришлось поэтому ночью проделывать большой путь в значительном удалении от моря, хотя Александр горячо желал пройти по стране вдоль побережья. Он хотел осмотреть имеющиеся здесь гавани и, чтобы обеспечить дальнейшее продвижение войска, выкопать колодцы, добыть продовольствие и найти места для высадки. Но все прибрежные районы Гедрозии представляли собой пустыню… Прибыв в местность, богатую пшеницей, Александр велел все, что удалось собрать, погрузить на вьючных животных, опечатать и доставить к морю. Сам он двинулся к столице гедрозиев, которая называется Пурой, и по прошествии полных 60 дней после выхода от ореитов прибыл в нее. Большинство историков Александра уверяет, что все бедствия, которые пришлось перенести его войску в Азии, не могут сравниться с испытанными здесь лишениями. И не из-за незнания трудностей дороги предпринял Александр этот поход, как утверждает один Неарх, а потому, что он якобы слышал, что здесь до сего времени еще никто не проходил с войском благополучно. Палящий зной наряду с отсутствием воды оказался якобы смертельным для большей части войска и особенно для вьючных животных… Хорошо еще, если им удавалось пройти большое расстояние ночью и утром попасть к воде… Но если при длинном переходе наступающий день заставал их в пути, им приходилось вдвое тяжелее из-за страшной жары и неутолимой жажды… Поход совершился поспешно. Заботясь о благополучном исходе всего дела, пренебрегали отдельными людьми… Многие погибали в песках, как бы выброшенные за борт в море. Когда войско именно в поисках воды остановилось у не очень многоводного ручья, во время второй [210] ночной стражи, ложе его наполнилось из-за дождей, выпавших незаметно для воинов далеко в горах. Ручей вздулся так сильно, что большинство женщин и детей, следовавших за войском, погибло. Погибли также весь обоз царя и оставшиеся вьючные животные…
Александр оставил всех на месте и только с пятью всадниками поехал дальше и достиг моря. Он велел рыть песок и наткнулся на чистую пресную воду… Поэтому он вызвал к себе все войско и в течение семи дней двигался вдоль моря, добывая воду из береговых родников. Прибыв в столицу гедрозиев, он дал войску отдых… Александр приказал Гефестиону двинуться с большей частью войска, вьючными животными и слонами по дороге, ведущей от Кармании вдоль моря в Персию. Поход затянулся уже до зимы, а персидские берега были не только теплее, но и богаче всем необходимым. Он вместе с самыми быстрыми солдатами пехоты, отрядами знатных всадников и частью лучников двинулся к Пасагарде в Персии и… направился к крепости персидского царя.[5]
От дрангов Александр прибыл к евергетам, которых так назвал Кир, и к арахотам; потом он прошел через землю паропамисадов на закате Плеяд [начало ноября 330 г. до н.э… Земля паропамисадов гориста и тогда так была покрыта снегом, что только с трудом можно было проходить по ней. Впрочем, множество деревень, снабженных всем, кроме масла, и принимавших у себя войско, смягчали эти трудности; с левой стороны [на севере] солдаты имели горные вершины Паропамиса [Гиндукуш]. Южные части горы Паропамиса — индийские и арийские, а северные и западные — бактрийские. Прозимовавши там и основавши город, Александр, имея над собой Индию, перешел через горы в Бактриану. Дороги эти были лишены деревьев, за исключением только кустарникообразных фисташковых деревьев; кроме того, чувствовался такой недостаток в пропитании, что солдаты употребляли в пищу мясо вьючных животных, и то сырое по недостатку дров. Однако для сварения этого сырого мяса они употребляли растущий там в изобилии дурнопахучник. По прошествии пятнадцати дней Александр из основанного им города и зимних квартир прошел в Адрапсы, бактрийский город.[6] [211]
Правители Персии во главе с Дарием совершили уже немало походов, обогативших географическую карту мира сведениями об Индии. Однако, как свидетельствуют труды Геродота, грекам V и начала IV в. до н.э. об этом почти ничего не было известно. До Александра Македонского представления греков о «районах, находящихся за Двуречьем, были весьма неопределенны и сомнительны».[7] Название «Кавказ» распространялось на все горы между Кавказским хребтом, Армянским нагорьем и Гиндукушем. Сведения Геродота о востоке не достигали Памира.[8] Об Индии греки хотя и слышали, но она считалась не более, чем далекой легендарной страной.
