Неведомые земли. Том 4 полностью

Король Аффонсу любил дарить еще не открытые острова. В этом отношении он был столь же щедр, сколь и опрометчив. Подобные подарки приносили честь и радовали его приближенных, а самому королю ничего не стоили. Так, 10 декабря 1457 г. он подарил инфанту Фернану острова, которые еще только предстояло открыть (quaesquer ilhas, que despots d'esta se acharem)[627]; затем тому же самому инфанту король пожаловал 29 октября 1462 г. остров, который некий Гонсалу Фернандиш будто бы видел северо-западнее Канарской группы, не вступив на него. Такого острова вообще не существует[628]. Другой фантастический остров, который якобы видели в архипелаге Зеленого Мыса, по ту сторону от Сантьягу, 12 января 1475 г. получила в качестве подарка, переходящего к ее потомкам, сестра короля донна Бритиш[629]. Таким же образом передал король и права собственности на фантастические острова Аитилшо, остров Семи городов (см. гл. 189) и Жезу-Кришти (см. стр. 163). Еще в XVI в. легендарный остров Брандана (см. т. II, гл. 79), который впервые появился на Хересфордской карте в 1260 г.[630], а затем фигурировал на всех средневековых картах Атлантического океана, был передан во владение некоему Луишу Пердигону[631]. Когда Мундуш Фуртаду ди Мендонса, житель острова Грасьозы, сообщил королю Мануэлу, что он якобы открыл вблизи Азорской группы еще два других, до тех пор неизвестных острова, они были немедленно подарены ему 23 августа 1519 г. без более тщательной проверки[632]. Как говорит ярл Скуле в драме Ибсена «Борьба за престол»: «Легче всего отдать то, чего нет у самого»[633].

Средневековые правители сильно поддавались подобным иллюзиям относительно мнимых открытий и с готовностью принимали воображаемое за действительность. Весьма показательно, что в 30-х годах XVI в. король Кастилии направил к папе особого посла с письменным сообщением о том, будто недавно открыты в числе других ненаселенных островов и «остров Бразил, который, как говорят, расположен к западу от Лиссабона и необитаем»![634]

Итак, все говорит за то, что подаренный герцогу Браганса Корву был не нынешним островом Азорского архипелага, а воздушным замком, сказочным островом «Корби-Марини», фигурировавшим на старинных морских картах. Его искали в океане уже восточнее, а не западнее Азор. Королевскую грамоту от 20 января 1454 г. нельзя рассматривать как доказательство того, что остров Корву был уже тогда известен. Это определенно следует из сообщения Диогу Гомиша, что в 1457 г. знали только о семи Азорских островах. Несомненно, оно заслуживает большего доверия, чем сомнительная грамота.

В дарственных грамотах той эпохи почти всегда, если открывались подлинно новые земли, более точно излагались обстоятельства их открытия, сообщалось имя открывателя и местоположение пожалованного объекта. Но в грамоте, пожалованной герцогу Браганса, говорится только об «острове по имени Корву». Поэтому вполне вероятно, что неоткрытый остров был подарен прямо, так сказать, с морской карты.

Позднее вообще никогда не упоминалось о пожалованном острове Корву. Как доказано, герцог Браганса никогда не интересовался азорским Корву, который был определенно известен, самое позднее, с 1460 г. Отсюда следует, что герцог вообще не считал его своим владением. В начале XVI в., когда остров сменил свое старое название Санта-Эйрия на новое, его сочли уже пожалованным герцогу Браганса в 1453 г. Однако Фруктуозу, азорский хронист того времени, выразил по этому поводу свое удивление: «Герцог не тратил труда на колонизацию острова, ибо он оставался совершенно заброшенным и пустынным, как и в то время, когда был ему пожалован»[635].

Нельзя предположить, чтобы герцог пренебрег королевским пожалованием. По всей видимости, он просто никогда не думал, что у него есть владения на Азорах. Если он вообще когда-нибудь пытался вступить во владение своим Корву, то, вероятно, искал его к востоку от Азор, в районе, лишенном островов, и, разумеется, не нашел.

Переименование острова Санта-Эйрия, или Санта-Анна, в Корву произошло, кажется, довольно поздно. Карта Солиго, по неоспоримым доказательствам Руге, могла быть составлена не ранее 1485 г.[636], а возможно, даже 1489 г.[637], так как на ней показаны два надрана[638], воздвигнутые Диогу Каном, и она доведена до 13° ю. ш. Во всяком случае, на ней нет названий Корву и Флориш, и оба острова по-прежнему именуются «Санта-Анна» и «Сан-Томаш». Даже на изготовленном в 1492 г. глобусе Мартина Вехайма, прожившего на Азорах четыре года, нельзя найти названий Корву и Сан-Жоржи! Отсюда определенно следует, что во время пребывания Бехайма на Азорах, около 1490 г., эти названия были еще не известны или но крайней мере неупотребительны.