Невероятное везение полностью

В такую погоду только и болеть, огорченно подумал Петька и отвернулся к стене. Конец апреля, а на улице почти ноябрь. Холодно, мокро, серо. Но зато не так обидно… Привязалась проклятущая ангина… Горло уже не болит, а температура почему-то еще держится. Это мешает, а то можно было бы даже понаслаждаться болезнью — лежишь себе, на столике стоит здоровенная кружка с клюквенным морсом, хочешь, смотри телик или видак, хочешь, читай — папа принес еще три романа Незнанского. Правда, в последнее время они уже не такие интересные, но все-таки любимый герой Александр Турецкий по-прежнему совершает свои подвиги… Но с температурой ничего этого не хочется… «Хорошо, что у нас сейчас нет никакого расследования, а то бы я совсем извелся», — подумал Петька и снова уснул.

Проснулся он оттого, что в квартире кто-то был. Странно, кто бы это?

Эй, кто там? — крикнул он.

Петечка, это я! — услышал он голос бабушки Марии Львовны.

Баба Маня, ты? — обрадовался Петька.

Да, Петечка, я!

Что ты там делаешь, иди сюда!

Да я вот… Сейчас приду!

Петька услыхал, что она прошла в ванную, там включила воду. Но вскоре появилась, пряча глаза.

— Баба Маня, ты что? — перепугался Петька.

Вид у Марии Львовны был вконец несчастный.

Ты плакала? Что-нибудь с бабусей? — перепугался Петька.

Да нет, Петечка, это так, ерунда…

Баба Маня, не делай из меня дурака! Что, я тебя не знаю? Ты из-за пустяков плакать не станешь!

Полторы тысячи — это, Петечка, совсем не пустяк!

Какие полторы тысячи?

У меня в сумке было полторы тысячи, мне долг отдали…

И ты их потеряла?

Можно сказать и так!

У тебя их украли?

Ну не то чтобы… Но, в общем, да, украли.

Баба Маня, ты говоришь загадками.

Просто мне стыдно. Я такая дура! Я только потом сообразила, что это была целая шайка.

Баба Маня! Немедленно все расскажи!

Нет, Петя, не расскажу! Я же тебя знаю, ты хоть и болен, соберешься их ловить! А я за тебя боюсь!

Баба Маня, во-первых, ты сама сказала, что я болен. У меня сил не то что бандитов ловить, даже телевизор смотреть нету! Но я должен все знать, да и тебе легче станет, если ты все расскажешь.

Мария Львовна внимательно посмотрела на внука.

Только, Петька, чур, никому ни словечка!

Родителям и бабусе — ни слова! А своим друзьям… Им обязательно надо сказать, они могут помочь.

— — Петя, я не хочу! Почему из-за моей дурости должен кто-то рисковать? И ведь я всегда так гордилась собой, что ни в какие «МММ» и «Чару» деньги не вкладывала, а тут… Понимаешь, иду я по подземному переходу, и подскакивает ко мне молодой человек, очень приличный с виду, и сует в руки какую-то карточку. Мол, у них открывается новый магазин видеотехники, и они проводят лотерею… Не хотела я ее брать, видит бог, а он мне насильно всучил и подвел к какой-то девице, у которой в руках был журнал с номерами. Она выхватила у меня карточку. У вас, говорит, восемнадцатый номер, а у вас, женщина, двадцатый! Я гляжу в журнал и вижу — под восемнадцатым номером написано — приз, а под двадцатым — шанс. А тут еще какой-то парень подскакивает с карточкой, уж не знаю, что там у него было написано, только девица ему тут же без долгих слов сотенную бумажку вручила…

Так, — проговорил Петька, — это чтобы ты ничего не заподозрила.

Это я потом сама поняла, только уже поздно было… Ну вот, девица объясняет, что поскольку у меня приз, я могу выбрать, что взять: телевизор или деньги. Причем телевизор-то хороший, «Сони», но получать его надо на каком-то складе, и вроде ни к чему он нам, да и вам тоже, вот я и подумала, что неплохо будет, если я приз деньгами возьму…

Баба Маня! Бесплатный сыр бывает только в мышеловке, ты же сама знаешь!

Знаю. Бес попутал! Старая дура!

Ну а что дальше-то было?

Дальше? А дальше я сказала, что беру деньгами! А тогда она, девица эта, говорит, вы мне сейчас дайте пятьсот рублей, а я вам через две минуты верну две тысячи без пятидесяти рублей, это мои проценты! А тут женщина, у которой шанс выпал, спрашивает: «А что мне-то будет?» — «А вам, если внесете тысячу, достанется вся сумма, конечно, если эта женщина — то есть я — не захочет все себе оставить…»

И ты, чтобы не потерять пять сотен, дала ей еще тысячу? — воскликнул Петька.

Откуда ты знаешь?

Баба Маня, это же обыкновенная пирамида! А потом вторая внесла две тысячи, чтобы не потерять первую, и забрала всю кассу, так?

Так… Там еще какая-то женщина стояла, она все меня подзуживала: возьмите у меня, если вам не хватает, вот сто рублей, отдадите мне потом двести, и хорошо…

Ты не взяла?