Перед ними, желая поздороваться со встречавшими гостей хозяевами дома, стояли всего три пары. Внутри у Александры снова все томительно сжалось и заболело. Голова буквально раскалывалась. И о чем она только думала, когда решила выйти в свет с Оливией и Кори? Александра задумчиво слушала, как стоявшая впереди матрона без умолку твердила о том, как прекрасна Сара — как она красива, элегантна, благородна… Все это было правдой. Естественно, у Сары де Уоренн, довольно привлекательной молодой леди, просто не было недостатков.
— Брошенка, — вдруг донеслось до Александры.
Она обернулась и увидела, что женщина, сказавшая это, безжалостно смотрит на нее. Если бы взглядом можно было убить, Александра давно превратилась бы в крошечное пятнышко и растаяла. Она навострила уши, пытаясь разобрать, о чем это женщина говорила своей спутнице.
— У алтаря? — задохнулась от любопытства подруга, взирая на Александру с каким то злобным наслаждением.
— Да, ее бросили прямо у алтаря. Теперь я хорошенько припоминаю этот момент. — Первая злобная леди посмотрела на Александру и торжествующе улыбнулась. — Она получила то, что заслужила. Сент Джеймс образумился — и женился на приличной титулованной девушке из хорошей семьи.
Ошеломленная, Александра повернулась спиной к двум почтенным на вид дамам сплетницам.
Оливия взволнованно зашептала:
— Не могу поверить, я правильно все поняла? Те две леди говорят о том, что Оуэн тебя бросил?
Из всего, что довелось вынести Александре до этого мгновения, сильнее всего ранила ложь — и осознание того, что сестра тоже все слышала.
— Это уже не важно, Оливия, — промолвила Александра, чувствуя себя теперь странно ослабевшей. Она осознала, что слишком измучена, чтобы задерживаться на балу по случаю дня рождения Сары. Александра снова огляделась в надежде присесть. Все стулья были составлены у входа в холл, многие из них уже разобрали. Но сейчас перед ними оставались лишь две пары: нужно было любой ценой довести дело до конца, поприветствовать хозяев.
Александра дотронулась до пульсирующих висков. Будь она дома, улеглась бы сейчас в постель, приложив ко лбу пузырь со льдом.
— Почему любому позволено говорить подобные вещи, ведь это же явная ложь? — настаивала Оливия уже более спокойным тоном.
Александре удалось сохранить внешнюю невозмутимость.
— Я уверена, эта ложь была ненарочной. Несомненно, они что то напутали, вспоминая прошлое, только и всего. Просто убеждена, что те леди случайно допустили невинную ошибку, — отозвалась она, хотя в душе ни капли не верила в то, что говорила.
— Слухи напоминают пожар, — заметила Оливия. — Стоит начаться, как тут же выходит из под контроля.
— Думаю, здешние леди полны ненависти, — поддакнула Кори.
В висках Александры теперь пульсировало нестерпимо, мучительно. Она приобняла Кори:
— Никто не питает к нам ненависти. Кроме того, нам не стоит подслушивать.
— Они хотели, чтобы мы услышали это, — упрямо бросила Кори, отшатнувшись от старшей сестры.
— Почему бы нам не переменить тему? Мы приехали сюда, чтобы наслаждаться вечером, — предложила Александра.
— Как же мы можем наслаждаться вечером после всего этого? — осведомилась Оливия, явно обеспокоенная нелепыми сплетнями. — Впрочем, это даже к лучшему: небольшой скандал мог бы обратить сквайра Денни в бегство.
У Александры сдавило горло, отчаяние, казалось, накрыло ее с головой. Она почти не спала несколько дней, увязнув в трясине стресса и тревоги с тех самых пор, как отец сделал свое ужасающее, отвратительное объявление по поводу ее скорого замужества. Прошлой ночью Александра работала до изнеможения, пока не онемели кончики пальцев. И сейчас она вдруг поняла, что независимо от того, как близко стояла к началу очереди гостей, ей нужно немедленно присесть. Она чувствовала себя нехорошо — сказать по правде, просто ужасно.
Комната закружилась перед глазами. Яркие огни зала стали приглушенными и начали стремительно меркнуть.
«Нет, я не упаду в обморок! — пронеслось в голове пришедшей в ужас Александры. — Если я потеряю сознание, это даст пищу для новых сплетен».
Но, вопреки ее желанию, пол под ногами неожиданно накренился.
Не в силах удержаться на ногах, Александра резко покачнулась, врезавшись в крепкое мужское тело — и чья то сильная рука обвилась вокруг нее. На какое то мгновение Александру охватили подзабытые, томительные ощущения, ведь подобной мужественности она не чувствовала вот уже почти десять лет. Гулко стукнув, сердце остановилось, чтобы в следующий миг безудержно забиться. Сильный и мускулистый, спаситель окутывал Александру теплом. Задыхаясь от волнения, она беспомощно подняла взор…
И обнаружила, что смотрит в самые проницательные — и самые прекрасные — синие глаза, которые когда либо встречала.
Незнакомец обратился к ней с абсолютным спокойст вием:
— Разрешите мне помочь вам добраться до стула.
