Горячие мольбы одной леди и хамское поведение другой — магессы, вынуждают Богиню Равновесия Иулиссу действовать решительно. Она меняет девушек телами, судьбами и… мирами. Вот так всем теперь придётся жить! И ведь не поспоришь, Богиня же!
Теодора ужасно раздражало влюблённое выражение на лице Норы. Он женился на леди Лионор под давлением обстоятельств и вовсе не собирался баловать жену хорошим отношением. В конце концов, она являлась косвенной причиной этого брака, и озлобляла его только одним своим присутствием. Его нервировала кроткая покорность супруги и её вечное всепрощение. С ней в постели он был от силы раз пять за три года. И то приходилось напиваться до беспамятства, чтобы переспать с собственной женой. А щенячья грусть, возникшая в её взгляде, после того как она застала его с одной из служанок в уединённом алькове в саду, доводила теперь его до бешенства.
Леди Лионор обожала своего мужа, но взаимных чувств с его стороны не было. И если в начале их семейной жизни она ещё надеялась вызвать в супруге хотя бы дружескую симпатию, то по прошествии этих трёх лет была вынуждена признаться себе в поражении. Муж был с ней холоден и жёсток. Смотрел всегда, словно сквозь неё. Не она придумала этот союз, так почему же он кривился, глядя на неё, и отворачивал своё породистое лицо?
Молодая женщина часто навещала часовню в родовом поместье Грейсов. В центре неё стояла изящная статуя Богини Иулиссы. С ней, как с подругой, Нора и разговаривала. Больше некому было доверить свои горести и печали.
Лионор часто прогуливалась пешком до городской ярмарки, чтобы купить какую-нибудь сладость или безделушку, развеять тоску.
В один из дней по пути домой ей встретилась красивая девушка, которая остановилась и ласково улыбнулась леди Норе, как давней знакомой. Почувствовав симпатию к встречной, Лионор заговорила с незнакомкой и внезапно почувствовала слабость. Она упала, потеряв сознание…
***
Юная магичка Стефания Сильвер шла по главной улице родного городка с кислым выражением лица. Вызывающе короткая юбчонка девицы едва доходила до середины бёдер, обтянутых модными колготками. Полупрозрачная ткань короткой блузки обтягивала еле заметную грудь. Короткие сиреневые волосы, словно воронье гнездо, дыбом стояли на голове. Яростно пиная носками стильных ботинок кирпичики брусчатки, она злобно шипела себе под нос.
— Подумаешь, нет ещё восемнадцати! Ну, и где логика? Мужа искать уже пора, а магичить — рано! — досадливо щёлкнув пальцами, она из вредности создала небольшого светлячка.
— Здравствуй, Стефани! — окликнула девушку старушка, шедшая навстречу.
— Прочь с дороги, старая кошёлка! — рыкнула Стефания, собираясь щёлкнуть пальцами и… начала терять сознание.
Перед тем, как свет в глазах померк, она с удивлением обнаружила перед собой красивую юную деву, грустно взирающую на неё.
Стефф очнулась от того, что ей в нос тыкался флакон с нюхательной солью.
— Какого…? — прорычала она и осеклась, увидев перед собой чужие взволнованные лица.
Осмотревшись, девушка поняла, что лежит на ступеньках богатого особняка.
— Леди Лионор, вы в порядке? Мы нашли вас здесь без сознания! — нервно затараторила молоденькая горничная.
Собравшись возразить, Стефф набрала в лёгкие воздух и… запнулась. Это кого они называют леди? Её, что ли? Вместо возмущения она, царственно кивнув челяди, позволила себя поднять и проводить в дом.
По пути в личные покои, как сказала Бэтти — та самая служанка, им встретился невероятно интересный темноволосый мужчина. Правильные, можно сказать, точёные, черты лица, прямой нос, высокий лоб и пронзительные глаза синего цвета, холодно и с упрёком взиравшие на неё.
— Нора? Что случилось? — безразличным голосом спросил эталон красоты.
Стефф слегка притормозила и с прищуром посмотрела на него.
— Лорд Теодор, — истерично воскликнула Бэтти, смущённо краснея под немигающим взглядом хозяина. — Леди Лионор стало плохо, мы нашли её на парадных ступеньках, лежащую без сознания.
Брезгливо взглянув на супругу, он кивнул и, не поинтересовавшись её самочувствием, вышел из холла.
«Так. Не поняла. Это сейчас был кто? Мой муж, что ли? Если так, то почему он на меня посмотрел с таким пренебрежением, как солдат на вошь? А эта горничная имеет на него какие-то виды? — тут же взвилась ревнивая мысль. — Стоп! Мне нужно срочно прийти в себя. Отчего это я ревную к совершенно чужому мужику? Или не чужому? Здесь надо разобраться, что к чему!»
Стефанию привели в роскошные покои, переодев, отвели в спальню и уложили в постель.
Осмотревшись, она увидела себя на огромной кровати, застланной атласной простынёй кремового цвета. Девушку накрыли тёплым одеялом в кремовом пододеяльнике с изящной вышивкой.
«Хм, а у меня есть вкус!» — цинично хмыкнула Стефф, закрывая глаза.
— Здравствуй, Нора! — нежной мелодией прозвучал голос возле уха спящей леди.
Распахнув глаза, Стефф воззрилась на юную прекрасную деву в великолепном одеянии, сидевшую прямо на краю её огромной кровати. Поморщившись от воспоминаний и раздосадовавшись, что это всё же не сон, а какая-то бредовая реальность, девушка молча ждала, пока гостья продолжит разговор.
— Хм, вижу, ты уже всё поняла, — весело сказала красавица.
