Любопытна судьба барона Мюнхгаузена. Каждому известно, что это редкий враль и фантазёр – правда, обаятельный. И каждый скажет, что это литературный персонаж. В 1781 году на страницах журнала «Путеводитель для весёлых людей», издаваемого в Берлине, впервые были напечатаны 16 коротких рассказов. Фамилия рассказчика была скрыта аббревиатурой «М-Х-Г-Н». Так было положено начало формированию художественного образа легендарного барона Мюнхгаузена. В 1785 году Рудольф Распе анонимно издал в Лондоне на английском языке «Рассказы барона Мюнхгаузена о его изумительных путешествиях и кампаниях в России», составленные на основе историй «Путеводителя», с добавлением множества других.
А потом увидели свет книги о нём Бюргера, Иммерманна, Шнорра и др., которые рассказали миру о новых фантастических приключениях барона.
А к нам Мюнхгаузен пришёл ещё в детстве в пересказе Корнея Ивановича Чуковского.
Но прелесть в том, что барон – реальный человек, Карл Фридрих Мюнхгаузен
Но мир знает этого человека таким, каким его нарисовал Доре, – сухоньким старичком с лихо закрученными усами и бородкой. Знаем его таким мы и из серии мультфильмов режиссёров Анатолия Солина и Натана Лернера «Приключения Мюнхгаузена».
Но, согласитесь, насколько нам милее Мюнхгаузен с обаятельным лицом и хитрым прищуром глаз Олега Ивановича Янковского, сыгравшего барона Мюнхгаузена в фильме «Тот самый Мюнхгаузен».
Просто невозможно не вспомнить некоторые яркие выражения, принадлежащие главному герою фильма:
– Есть пары, созданные для любви, мы же (с женой Якобиной) были созданы для развода!
– Любовь – это теорема, которую нужно каждый день доказывать.
– Умное лицо – это ещё не признак ума, господа. Все глупости на земле делаются именно с этим выражением лица.
Уникален роман «Мёртвые души». Николай Васильевич Гоголь, кажется, собрал все характеры, какие только рождаются на земле русской! И имя каждого героя стало нарицательным.
Разбитного легкомысленного человека называют Ноздрёвым, мечтателя, строящего воздушные замки, – Маниловым, скупердяя – Плюшкиным, неотесанного, грубого человека – Собакевичем…
Ну а Испания нам подарила Дон Кихота.
Дон Кихот для нас всегда человек благородный и прекраснодушный, идеалист и романтик, не вполне вписывающийся в жизненные реалии. Он бесстрашно преодолевает препятствия – иногда придуманные им же самим. Этот герой Сервантеса дал начало целому направлению в философии, породив понятие «донкихотство».
И уж как не вспомнить ещё одного легендарного испанца – Дон Жуана (он же Дон Хуан, он же Дон Гуан) – символа распутства и сластолюбия!
Дон Жуан – один из наиболее излюбленных образов мировой литературы. Цель его жизни – любовь к женщине, для обладания которой им легко попираются человеческие и божеские законы. Этому герою посвящено до 140 произведений! Прежде всего, конечно же, приходит на ум пушкинский «Каменный гость».
Кстати, во времена Пушкина среди мужчин было принято вести свои донжуанские списки. У самого Александра Сергеевича их было даже два: один – из женщин, которыми он увлекался, второй – с которыми был близок. Причём в хронологическом порядке. Пушкин сам обнародовал свой донжуанский список в 1829 году в альбоме Елизаветы Николаевны Ушаковой. И особой скромностью по отношению к персоналиям из этих списков поэт не отличался. В письме к В.Ф. Вяземской (в 1830 году) он сообщал: «Моя женитьба на Натали (это, замечу в скобках, моя сто тринадцатая любовь) решена». Интересно, что и сама княгиня Вяземская фигурирует в том самом пресловутом списке из альбома Ушаковой.
Но вернёмся к литературным героям. Я буду счастлива, если у вас появилось желание освежить в памяти образы литературных героев, чьи имена стали нарицательными, и взять в руки томик Сервантеса или Гоголя. А может, кто-то раззадорился и на Ричардсона?
