Про нас, русских, говорят, что мы задним умом крепки. Смысл выражения как будто понятен. Сообразительность наша запоздалая – спохватываемся, когда уже поздно. Такая вот национальная черта.
«Кто это говорит?!» – возмутитесь вы. Не надо нервничать! Это мы сами про себя говорим – народ. Сами себя обличать можем, а вот другим не позволим. И это ещё одна черта нашего национального характера.
Но что это такое – задний ум?
Начну издалека – с XVIII века. Именно тогда канцелярские документы стали неотъемлемой частью российской жизни. И подписывали их нередко прошедшей датой, то есть задним числом. Это выражение быстро вошло в наш язык. Его использовали не только чиновники, но и поэты. Вот, например, строки из поэмы Н.А. Некрасова «Недавнее время»:
По аналогии с «задним числом» позднее появился оборот «задним умом». Так считают многие лингвисты.
Но есть и другие мнения. Известный историк, этнограф и собиратель русского фольклора И.М. Снегирёв усматривал в выражении «задний ум» многовековой, наследственный народный опыт, которым крепок русский.
У Даля можно найти опосредованное подтверждение этой мысли. Слово «зады» он толкует как «старое, былое, прошлое, давно минувшее».
Выходит, тот, кто задним умом крепок, помнит и чтит прошлое. В таком случае хотелось бы, чтобы подобных умников было больше.
А вот как известный русский историк В.О. Ключевский описывает происхождение значения этой пословицы: «В борьбе с нежданными метелями и оттепелями, с непредвиденными августовскими морозами и январской слякотью он стал больше осмотрителен, чем предусмотрителен, выучился больше замечать следствия, чем ставить цели, воспитал в себе умение подводить итоги насчёт искусства составлять сметы. Это умение и есть то, что мы называем
Впрочем, взявшись за ум, понимаешь: «Надобно не жаловаться на то, что мало умных людей, а благодарить Бога за то, что они есть». Прекрасная мысль выдающегося историка В.О. Ключевского, об этом стОит подумать! Тем более что благодарность, как и улыбка, продлевает жизнь!
Памятуя о том, что всё на свете приедается, кроме еды, мы сейчас о ней и поговорим.
Доказано: в каждом новом столетии человечество поглощает еды больше, чем в предыдущем. И, пожалуй, никто не возьмётся сосчитать, сколько на свете блюд. А ведь всё это кто-то когда-то приготовил впервые! В основной своей массе безвестные повара оставили нам свои кулинарные творения, как безвестные художники – свои картины.
Но есть блюда легендарные, в которых зашифрованы имена их создателей. Даже если это только легенды, их интересно вспомнить – ведь они дают нам возможность проследить за происхождением слова, которым названа наша любимая еда.
«Всем, что вы видите, я обязана спагетти», – однажды кокетливо заявила Софи Лорен. Ну а видим мы в кинодиве воплощённое совершенство.
Пусть итальянцы называют это словом «спагетти» – для нас же, русских, они всё-таки макароны (хотя и «макароны» – слово итальянское). Прекрасное блюдо! Как говорится, дёшево и сердито.
A появилось оно, согласно легенде, в XVI веке в Италии. Маленькая дочка хозяина одной таверны играла с тестом. Она делала из него длинные трубочки и развешивала их на бельевой верёвке. Отец малышки с интересом наблюдал за развлечением дочурки. И тут его осенило – «игрушки» надо сварить. Сваренные трубочки он сдобрил томатным соусом и предложил гостям. С тех пор в неаполитанской таверне от посетителей отбою не было. Хозяина таверны звали Марко Арони. И слово «макароны» составлено из его имени и фамилии.
